Территория невероятностей. Albedo

Внезапно Ингрид перестала пить, села ровно и с широко распахнутыми глазами уставилась на меня. Я перепугалась:

– Что?!

– О боже мой, – протянула подруга, – ты с такой ностальгией говоришь об этом… О тех временах, о первой, хм, версии Майло… Ты уже тогда была влюблена в него!

– Пришло время красивых слов, – я поморщилась. – Слушай, ну что за чушь, а?

Хвальковска, однако, меня не слушала.

– Это так, – Ингрид готова была расплакаться. – Куда смотрели мои глаза? Это же все объясняет. Тогда ты не могла себе в этом признаться, потому что он вел себя… специфически.

– «Специфически», – передразнила я. – Мы все – и ты, и я, и остальные ребята – относились к нему, как к животному, даже хуже. Признай это. Сейчас я понимаю, что ничуть не удивляюсь его поведению. И до, и после известных событий.

Ингрид молчала, приоткрыв рот.

– Да, пожалуй, ты права, – наконец проговорила она. – Мы все не воспринимали Майло всерьез.

– Хочешь, я тебе расскажу, кто он? Растреплешь дальше – на меня наложат взыскание.

– Хлоя, я не…

– Помнишь старика Ларса Андерсена? Изобретателя «ящика»? Мы в школе по его биографии писали реферат, – я отпила из бутылки большой глоток вина. – Родился в 1937-м году. Старый уже. Жена – основатель благотворительного фонда. Долгое время жили в Осло, иногда работали в Тоомпеа. Старших детей возили с собой, а младшего… Тут уже интересно – в официальной биографии этого нет – младшего всучили няньке и отдали в специальную закрытую школу, в деревне за полярным кругом.

Ингрид побарабанила пальцами по краю бокала:

– Неужели ты ведешь к тому, что…

– Эмилю Акселю в шестнадцать жутко надоела школа, папочкины визиты раз в месяц, скучные письма вечно занятой другими детьми матери и тоскливые звонки старшего брата и сестры, —продолжила я. – Он собрал свои вещи, подделал документы – очень сообразительный ребенок – и бежал через всю Европу в Германию.

– Это очень странно. Ходили слухи, что Андерсен прячет младшего сына, потому что тот болен.

– Жена Андерсена помогает больным детям, видимо, слух пошел из-за этого факта, – хмыкнула я, – дело в другом. Я узнала, что брат и сестра Майло, Катерина и Франк, не стали мастерами магии.