На сопротивлении

Мне нужно время… Ты хорошая девушка, и я не допущу, чтобы с тобой там что-то случилось. Но для этого надо, чтобы ты мне доверяла.

Девушка опять промолчала, продолжая безразлично смотреть в пустоту.

– Я просто хочу сказать, что я тебе не враг. И если ты будешь делать так, как я говорю, то у нас быстрее получится повлиять на Макса… Ладно, пойдем к машине. Ты уже замерзла вся.

Костя встал и протянул руку, но Аня поднялась сама, не доставая ладоней из карманов пуховика. Он приобнял одной рукой ее за талию и повел вдоль здания обратно к злополучному перекрестку.

Уже на подходе к светофору Косте позвонил Леша:

– Ты где? У тебя машина открытая стоит!

– Сейчас будем, покарауль, – ответил он, а затем обратился к Ане: – Лучше никому не рассказывай про то, что было. Сейчас подойдем, ты сразу садись внутрь.

Аня слегка кивнула.

Возле нагло припаркованного джипа стоял парень лет 30, чуть ниже Кости.

– Что случилось? – сразу спросил друга Леша.

– Мы пошли прогуляться до парка, я потом только вспомнил, что машину не закрыл.

– Да в твою тачку только идиот залезет, ее все знают!

– Идиотов в этом городе полно. В общем, все в порядке, езжай обратно. И если Макс спросит, ты не знаешь, где я.

– Ок, давай! – Леша не поверил в эту историю ни на секунду, но не стал настаивать.

Костя сел в свой джип, Аня на заднем сиденье отрешенно смотрела в окно.

– Нам, видимо, лучше вернуться в дом? Кино тебя сейчас вряд ли интересует, – рассуждал вслух мужчина.

– Нет, не надо! – неожиданно сказала она, очнувшись от своих раздумий.

Глотнув свободы, Аня не хотела так скоро возвращаться в свою клетку. И если для этого надо посмотреть фильм или пообедать с ним, то лучше она на все это согласится, хотя настроения действительно не было.

– Тогда я предлагаю все-таки осуществить задуманную программу: сейчас сделаем очки и в кино – хорошо?

Девушка кивнула. Она размышляла над словами Кости, сказанными на скамейке: «Если так подумать, то он и правда ничего плохого мне не сделал… ну, не считая той пощечины. Выходит, его не надо бояться, а враг остается только один – Макс. Да, мне враг, а ему – друг.