Почти Джульетты

– Тоже верно. Нужно зарекомендовывать себя перед учителями.

– И я о том же, а литература мне совсем не нравится. Я рассказывал тебе, что мне нравится.

– Что-то не припомню предмета, связанного с ремонтом машин, – улыбнулась Тая.

– Я был бы круглым отличником.

– Когда станешь министром образования, обязательно введи такой предмет.

– Ха, – усмехнулся Валера, – министр образования. Ну, ты загнула.

– Тая, – раздался знакомый голос за спиной девушки, – что так долго?

– До встречи, – попрощался Валера, взял книгу и поспешил удалиться из библиотеки, но у двери оглянулся.

Дана тоже оглянулась, но Валера уже исчез. Красавица недоуменно смотрела на подругу, ожидая ее внимания к себе.

– Тая, еще несколько секунд твоего взгляда в пустоту и я решу, что ты свихнулась, – прошептала Дана, легонько толкнув подругу.

– Я задумалась, – шатенка вышла из временного транса, – решала, какие стихотворения лучше проанализировать.

– Это же необязательное задание, его можно не делать.

– Значит, запишусь сейчас. Лучше поздно, чем никогда. Кто это сказал?

– Ливий Тит, – тут же ответила Дана.

– Кто? Мда, – протянула Тая, – я вообще не знаю имен писателей. С литературой у меня, конечно, проблемы глобальные.

– Это римский историк, но с тем, что у тебя проблемы с литературой, я согласна. Зачем ты выбрала журналистику? Самое длинное произведение, которое ты прочитала, это «Приключения Гекльберри Финна».

– Хи, его высказывание про то, что таблицы умножения до шестью семь вполне хватит, служило мне девизом во втором классе.

– А тут литература. У тебя даже не хватит терпения на «Войну и мир».

– Я возьму себя в руки.

– Поверила бы, не будь ты моей лучшей подругой. Советую выбрать что-нибудь другое.

– Да нечего мне выбрать! – крикнула Тая, но поспешила перейти на шепот, заметив неодобрительные взгляды читателей, – Я ни одним предметом не занималась усердно, по всем у меня общий уровень, даже ниже.

– Все предметы сложные. Нужно было раньше думать.

– Извините, пожалуйста, что я, не как некоторые, мисс «все спланировала на десять лет вперед», – начала раздражаться Тая.

– Передо мной смысл извиняться? Извиняйся перед собой.

– Не буду я вообще ни перед кем извиняться. И не надо мне читать нравоучения, как маленькому ребенку.