Баночка с бриллиантами

Теща внезапно злобно посмотрела на Виталия Александровича, развернулась на пятках и юркнула в свою комнату. Ежиков обрадовался, резво выскочил в коридор и побежал в санузел, потому что терпеть не было сил. Теща меж тем подслушивала, прислонив ухо к двери своей комнаты. Ежиков громко пукнул – пусть слушает, удовольствие получает. Послышался звук открывающейся входной двери. Пришла жена.

Виталий Александрович спустил воду и быстро прошмыгнул в ванную, закрыв дверь на щеколду. Он знал, что жена будет приставать, как всегда, с расспросами и просьбами.

– Надоела, хуже горькой редьки, дура, – недовольно подумал Ежиков, – как я мог на ней жениться…

Жена жарила яичницу. Виталий Александрович вышел на кухню с самым независимым видом – очень не хотелось сейчас вступать ни в какие философские дискуссии, впереди был рабочий день.

Работа была важная и срочная – Ежиков ремонтировал квартиры вместе с другом Юриком, который приходился ему к тому же дальним родственником. Таким дальним, что Ежиков и сам не знал, то ли их прадедушки были братьями, то ли бабушка одного была любовницей деда другого: история темная.

Юрик, между тем, считался в семье кем-то вроде родного брата Виталия Александровича и требовал к себе постоянного внимания и любви. Сам он тоже постоянно проявлял заботу о Ежикове – звонил ежедневно и разговаривал по полчаса, справлялся о делах и здоровье всей семьи родственника. Это было достойно уважения.

Виталий Александрович положил в тарелку яичницу, и стал быстро ее есть, надеясь скорее улизнуть на работу и избежать разговоров с женой.

«Сейчас опять начнет ныть, зануда», – мелькнула мысль у мужа.

– Виталик, почему ты, как всегда, не спрашиваешь о моем здоровье, как я себя сегодня чувствую? – с раздражением сказала жена.

Ежикову было глубоко начхать на Инкино здоровье, но он спросил, равнодушно пережевывая яичницу:

– Как ты себя чувствуешь?

– Плохо, очень плохо, – на глазах у жены были слезы.

Виталий Александрович подумал, что сейчас начнется нытье и, недоев завтрак, побежал одеваться.

– Ты куда, доешь, или я плохо готовлю? – грозно спросила Инна.

– Что ты, родная, ты готовишь лучше всех, но я очень тороплюсь, сегодня очень ответственный участок работы, скоро сдаем объект.

Ежиков пулей вылетел из квартиры, на ходу завязывая ботинки и куртку, и побежал бегом по лестнице вниз.