Убийство в Озерках

Тебя это удивляет?

– А тебя – нет?

– Ах, боже мой, ведь ты ничего не знаешь! Прошлой зимой у нее под лестницей поселился бомж, и Нинон, у которой, очевидно, есть природная склонность подбирать всех бездомных подряд, начала с того, что стала готовить ему обеды, а кончила тем, что взяла его в дом.

– То есть? – Евгений Михайлович замер с ложкой супа в руках.

– Господи, Женя, как ты умеешь действовать на нервы, – раздражалась Марго, несколько отвлекаясь от главной темы. – Взяла значит взяла. Он, видите ли, заболел.

– А-а, – промычал Женя, снова принимаясь за суп, – вот видишь.

– Что – «видишь»? Ты же ничего не знаешь! Этот бомж лечился у нее не хуже чем в санатории, потом уехал и все лето, слава Богу, не появлялся. А теперь вылез откуда-то, очевидно, на зиму глядя, и снова явился к ней.

– И что же?

– И она опять пустила его.

– Так, может, этот бомж, э-э, как бы это выразиться?..

Марго с негодованием прервала готовое сорваться с его уст предположение:

– Что – «э-э»? Он оказался вором, этот ваш красавец.

– Слушай, Марго, а это не тот ли самый человек, которого ты видела у нее месяц назад, когда мы заехали к ней как-то вечером?

– Ну да, я же тебе о нем и рассказываю.

– Но ведь ты говорила, что у него «вполне приличный вид», или он «вполне ничего», или что-то в этом роде?

– Да, но ведь я тогда не знала, что это тот самый тип. Она же скрыла это от меня.

– Это дела не меняет. Если у него, как ты говоришь, «приличный вид», может, это и не он ее обокрал?

– То есть как? – взорвалась Марго.

– Ну, значит, ей просто не повезло.

– Это значит совсем другое, – вскипела Марго. – Это значит, что ей надо помочь.

– Помочь? А что с ней такое?

– У нее депрессия, и поэтому она живет таким раком-отшельником, что…

– Раком, говоришь? Раком, это хорошо…

– Прекрати, пожалуйста, свои идиотские шутки и выслушай меня.

– Каким образом ты собираешься это сделать? – удивился Евгений Михайлович.

– Слушай, Женя, – сказала Марго заговорщически, пододвигаясь ближе к нему, – У нее скоро день рождения. Она, правда, и слышать ни о чем не хочет, но, по-моему, будет лучше, если мы приедем к ней и постараемся как-то отвлечь. Что скажешь?

– Скажу, что, если ты это придумала, никакая сила не убедит тебя, что делать этого не нужно. Я покоряюсь.