Дыхание светлячков

Но незнакомый мертвец упрямо ковылял на костылях. И было в его походке что-то не то. Не ходят так ни мертвые, ни живые. Илья пригляделся и заметил, что мертвяк по очереди наступал на обе ноги, следом перемещались костыли, а спина прямая, словно столб, не сгибалась ни на сантиметр, но наклонялась в такт ходьбе и если бы не лишние опоры-костыли, незнакомец рухнул бы плашмя.

Илья хотел записать мужчину в психи, но слишком глубокие следы тот оставлял на песке игровой площадки срезая через нее путь. Мертвяк не прикидывался, что с трудом передвигается, и причиной тому служил немалый вес.

– Эй, космонавт! К каким перегрузкам готовишься? Юпитер штурмовать собрался? – крикнул мертвяку Илья.

Незнакомец закачался, выровнялся и неспешно повернулся в сторону Ильи. Блеснули стекла круглых очков в розовом свете искусственного заката.

– Экспедиция на Сириус, готовлюсь к ускорениям в десять g, – беззлобно, даже весело, сказал мертвяк Илье. Казалось, вот-вот козырнет и назовет «товарищем». Парню стало не по себе, но глупую шутку назад не вернуть.

Он оглядел незнакомца повнимательнее, под белым халатом не просматривалось ничего выступающего, не иначе мертвяк-ученый напихал железок себе внутрь.

– Не смею задерживать, раз такое дело, – как можно вежливее сказал Илья.

Мертвец одарил парня благодушной улыбкой, и заковылял своей деревянной походкой дальше. От взгляда Ильи не укрылось, что у опоры купола чудика ждал персонал главной городской лаборатории почти в полном составе.

Глава 4. Сыр подозрительный, двадцать три сорта

К берегам Франции мы причалили в один из мартовских дней. Зимние льды дома только начинали таять, а здесь уже зеленела мягкая трава. Мех Ылкэпэнера еще не начал линять, и все встречные умилялись небывалой красоты пушистому зверьку. Мы с сестрой только улыбались, предвкушая, что будет дальше. Линька у песцов начиналась в марте-апреле и грядущее зрелище стоило тех неудобств, которые возникали при путешествии с животным.

Оказалось, у профессора Василевича, студенты не только в Греции, но и по всему миру.

Во Франции Хенрика ожидало несколько десятков заочников разного возраста, к ним он сначала и направился. А пока опоздавшие со всей страны съезжались в небольшой городок, нам с сестрой выделили в качестве экскурсоводов старост группы – парижанку Жанну и местного уроженца Жака. Такой ассортимент имен старост выглядел бы немного подозрительным, если бы не любовь французов к букве «ж».