Перемещение Планеты

Ричарда охватило сильное возбуждение, ему не терпелось быстрее приобрести загадочную коробочку. Но он понимал, цены на Востоке – явление нестабильное, и за интерес к товару придется заплатить вдвойне. Он постарался принять непринужденно-скучающий вид туриста, который просто бродил по рынку и по воле одного случая заглянул в очередной магазинчик.

Хозяин лавки хитро прищурился, спрятав в усах довольную улыбку. Ричард окинул равнодушным взглядом сувениры, заметив, что нужная ему коробочка все так же пылится на прежнем месте.

– Если ты прилетел из Америки, чтобы купить именно эту фигурку, и больше ничего другого, я отдам тебе ее бесплатно.

Молодой ученый понял, опытный продавец раскусил его хитрость. Подивившись проницательности восточного торговца, поставил статуэтку на место.

– Буду честен. Я пришел сюда за той штукой, что ты предлагал мне купить в прошлый раз.

– Обмануть араба в торговле невозможно, – снисходительно сказал египтянин, довольный своей сообразительностью, и хищно прищурил глаза: – Сколько ты за нее дашь?

– Столько же, сколько заплатил за первую вещь – сто пятьдесят долларов. И в придачу мне больше ничего не нужно.

– Э, нет, так не пойдет. Не сто пятьдесят, а пятьсот долларов.

– Сколько?! – поразился Ричард. – Совсем недавно ты навязывал мне ее по недорогой цене.

– Надо было брать тогда, когда я предлагал.

– А сейчас что? Распродажа закончилась? – насмешливо поинтересовался ученый.

Египтянин был невозмутим.

– В прошлый раз Я хотел продать тебе свой товар. А сейчас ТЫ хочешь его купить. Чувствуешь разницу?

Ричарду вспомнилась известная поговорка – «Восток дело тонкое». Придется торговаться. И начинать надо с малого.

– Хорошо, я дам тебе сто пятьдесят два доллара. – Молодой ученый выдержал недолгую паузу и махнул рукой, – Хотя подожди.

Араба так впечатлила «щедрость» американца, что он от удивления даже раскрыл рот. Дальше произошло то, что в таких случаях всегда происходит на Востоке – в продавце включился азарт торговли, который с самого рождения заложен в менталитет любого араба, а если быть точнее, в его геномный код еще за тысячи лет до становления цивилизации в Европе.