Перемещение Планеты

Я думаю, дух фараона не обиделся на моего предка, лишившись ничего не значившей для него безделушки.

– Проще говоря, твой предок просто спер ее из гробницы, – подвел итог Ричард, переводя разговор на «ты».

– Это по-вашему – спер, а по-нашему – взял, – ничуть не обиделся торговец. – Любите вы, европейцы, все упрощать.

– Значит, твои родственники никогда не лгали? – спросил Тейлор, с сомнением разглядывая араба.

– Клянусь! Если я вру, пусть вон тот глиняный кувшин упадет мне на голову!

Продавец торжественно указал на расписной керамический кувшин, стоявший на полке прямо над его головой.

– В нашем роду говорят только правду!

Он с опаской посмотрел наверх и предложил:

– Отойдем к двери. Что-то тут душновато.

Ричард и торговец отошли в сторонку.

Вовремя!

За их спинами кувшин с грохотом упал на пол и разбился вдребезги. Араб обернулся и предположил:

– Мыши, наверно. Их тут полно. – С совершенно невозмутимым видом он обратился к Ричарду: – Я тебе вот что скажу. Купи ее у меня, отвези к себе в Америку и обследуй своими приборами.

– Сколько ты за нее хочешь?

Ричард задал вопрос в лоб, без лишней деликатности. Араб живо поинтересовался:

– А сколько дашь?

– Могу дать сто долларов.

–Сколько?! – вроде бы искренне возмутился торговец. – За такие деньги я даже подставку купить не смогу, а тут еще и кувшин дорогой разбился.

– Мне что, еще и за кувшин платить?

В отличие от продавца возмущение Ричарда было совершенно непритворным. Что ж, торговаться, так торговаться. Молодой ученый предложил новую цену:

– Ладно, я дам сто пятьдесят. Ни цента больше. Если бы не мое любопытство, меня бы давно здесь не было.

– Будь по-твоему – двести долларов, – не моргнув глазом, согласился араб на свою цену, – и в придачу дам серебряный браслет и кольцо. Видел, они тебя заинтересовали.

Он спешно сунул Тейлору в руки товар, не пользующийся спросом.

– Ты нашел их там же, где и ожерелье? – По лицу египтянина было видно, Ричард не ошибся в своей догадке. – Ладно, договорились.

Расплатившись, он на мгновение застыл, глядя на экран телевизора. Репортаж журналиста принял неожиданную форму. Митч с сияющей улыбкой во все лицо танцевал возле шеста. Стриптизерша схватила конец его галстука и под одобрительные возгласы посетителей притянула Митча к себе.