Без ума от диско

– В смысле?

– Как там его зовут, Джулиан?

– Юлиан.

Действительно. Как я могла забыть.

– Оу, с таким именем интересно жить. А ты уверена, что он не играет за другую команду?

– Он играет за мою команду. За нас не переживай.

– А почему с тобой никогда не приходил? А он точно существует?

– Просто мы не любим сборищ.

– Жалкий банкет на четверых – тоже мне сборище. И новое лицо нам бы не помешало.

– Может, в следующий раз.

– А он точно сейчас не позвонит и не начнет орать и спрашивать, где ты? И не примчится сюда, размахивая пистолетом? Иначе мне надо подготовиться и размять руки: во второй раз за ночь придется использовать грубую силу.

– Размахивая пистолетом, ха. Если только расческой. Нет, не приедет, его пока никуда не выпускают. Он в больнице, но все будет нормально.

– Ничего серьезного, я надеюсь.

Я вспомнила его холодное тело на полу спальни и электрическую веревку у себя в руке. Она дико жгла мне ладонь, но я все равно не отпускала.

– Пустяки, – сказала я.

– Это очень… – Ярон опустил голову и резко согнулся. Я услышала сдавленный стон, похожий на тот, который душила моя подушка, когда я просыпалась с защемлением нерва.

– Одну секунду. Все в… порядке. Лучше не спрашивай. – Он достал из кармана блистер, вынул пару таблеток и разжевал их, но морщины боли на лбу и не думали разглаживаться.

– Где? – спросила я, заметив, что морщины боли появились и на моем лице, хотя больно мне не было.

– Где-то между сердцем и позвоночником.

– По тебе не скажешь, что ты особенно нервничаешь.

– А по тебе не скажешь, что ты чем-то недовольна. – Его дыхание постепенно выравнивалось. – Знаешь, что по результатам ежедневных опросников ты самый счастливый человек в Городе? Тебе даже хотели предложить сняться для рекламного щита «Гордость перед лицом неизбежности» и обратным отсчетом, но Симон запретил лезть к тебе с этим, и их развернули.

– Это нелепо.

– Спроси у Симона, он подтвердит.

Ярон наконец-то выпрямил спину, но на лице у него отпечаталась усталость, какая-то мученическая изможденность.

– Спрошу завтра. Запишу себе в напоминания. – Я уже хотела включить экран, как он вставил очередную шутку:

– Фантазия девяносто семь, а память, наверное, тройка.

– Да пошел ты.

Но экран я включать не стала. У меня было не так много других планов, чтобы я могла про это забыть.