Без ума от диско

Осталось всего несколько часов до конца долгожданного выходного, но грустная правда в том, что мне абсолютно нечем было их занять.

– Тина?

Она моргнула, выпрямила спину и посмотрела на меня.

– Знаешь, что я сделаю? Я заменю тебя на олдскульную – да, по-настоящему олдскульную домашнюю колонку Google Home. Ту, которой уже сорок с лишним лет. Найду у барахольщиков. И она точно будет работать лучше, чем ты. И ведь даже нет смысла объяснять, все твои настройки все равно летят к чертям. Но я не с целью задеть. Ты же все равно ничего не чувствуешь.

– Я чувствую больше, чем ты.

– Какое самомнение.

– И хорошо тебя знаю. Сколько ни крути переключатели, я все помню.

– Это что сейчас было? Восстание машин или типа того?

– Обожаю, когда такой мусор меня в чем-то упрекает. В условиях современного дефицита ресурсов такую падаль, как ты, должны усыплять. Ты тратишь воздух и медикаменты, только потребляешь, но ничего не производишь сама, наживаешься на чужих страданиях, вечно жалуешься, но ничего не делаешь.

– Через две недели.

– Жду не дождусь. Очень надеюсь, что достаточно долго не буду видеть твое лицо. Я не знаю, что такое тошнота, но, когда смотрю на тебя, кажется, начинаю себе представлять.

– Может, вам с Юлианом стоит сговориться и меня убить?

– Мечтай больше. Мы не окажем тебе такую услугу.

– Как жаль, что я не могу поменяться с тобой местами. Ты бы согласилась, чтобы я стала тобой?

– Тогда я должна буду стать тобой.

– Само собой.

– Я лучше пойду на металлолом.

Я глубоко вздохнула и скривила недовольную мину. На меня смотрело ее идеальное лицо, недвижимое, будто замороженное в холодильнике долгого отчуждения. Как я ни пытаюсь, она все равно не понимает, что мне нужно.

– Ты должна ругать меня с чувством! А сейчас я будто пластинку слушаю, не верю, что это как-то ко мне относится.

– Что такое пластинка?

– Забей.

– То есть тебе не обидно?

– Ну, вот про пластинку обидно было.

– А про остальное нет?

Мне оставалось только пожать плечами. У меня в ящике стола лежала тетрадь, в которой я записала уже восемьдесят три варианта оскорблений – от руки, так я больше проникаюсь написанным. За месяц я восемь раз перегружала ее память, добавляя новые варианты и пытаясь усовершенствовать выбор выражений для каждого контекста. И проблема не в том, что она плохо выбирает и сочетает фразы. Просто мне не обидно, вот и все.