Подари мне жизнь

А вот спина начала адски болеть. По ночам, если я находился в неудобном положении, она начинала ныть, а потом и вовсе сводило все мышцы судорогой. Рядом на столике была кнопка вызова дежурной медсестры. Я старался использовать ее как можно реже, зачем гонять людей лишний раз.

Пару раз меня вывозили гулять. Два санитара тащили мое тело, как мешок картошки, на улицу на руках и, посадив в коляску, катали по аллее расположенной вдоль дороги. Впервые я осмотрел госпиталь с улицы и понял, что рядовые бойцы и военнослужащие здесь явно лечиться не будут.

Госпиталь или скорее всего клиника, похожая на частную, располагалась в сосновом бору. Кругом рос орешник и кусты смородины. Между кустарниками простирались газоны и клумбы.

Мощеные дорожки плавными изгибами пересекали территорию клиники. По периметру вдоль дороги и окружавшего нас леса был выложен каменный забор. Солнечные лучи прогревали весенний воздух.

С того момента, как я здесь очутился, прошло около двух месяцев. Спина и ноги по-прежнему отказывали мне служить.

Постоянно ко мне заходила молоденькая медсестра, которую я увидел здесь, придя в себя от наркоза. Ее звали Аней. Она всегда была вежлива со мной, в отличие от других медсестер. Те просто, механически, делали свою работу и уходили. У девушки ко мне было другое отношение. Какая-то особая сила, была в ее руках.

Темные волосы всегда были убраны назад в простой конский хвост, высокий открытый лоб, карие глаза, словно два глубоких озера в обрамлении длинных ресниц, светились теплотой и состраданием.

В ней сочетались внутренняя сила с внешней привлекательностью. Это подкупало и обезоруживало.

Родных у меня не было. Мама умерла, когда мне исполнилось двадцать. Она с детства прививала мне любовь к спорту. Будучи тренером по конной выездке, брала меня с собой на соревнования. Отца я не помню, порой казалось, что его и вовсе у меня не было. Только пожелтевшая карточка в старом фотоальбоме напоминала о нем. В седле я держался уверенно, порой пытался даже лихачить, но мама всегда повторяла, что лошадь не терпит баловства.

В этом я убедился, вылетев несколько раз из седла и сломав руку, при неудачном падении.

Жизнь у нас с матерью была спокойной и размеренной до той поры пока мне не сообщили, что вовремя тренировки, лошадь взбрыкнула и ударила маму задними ногами.

Мать умерла в больнице от сильнейшего кровотечения, не приходя в себя. Эта трагедия сильно ударила по моей психике. Я запил.