Дример

Неужели острая боль может являться катализатором к замене сознания? Или из-за возрастных изменений, гены приращенные к ДНК этого испытуемого активировались? Эти и еще тысяча вопросов, которые требовали ответа, роились в голове Рикарды и она найдет решения. Но как понять, что происходит с испытуемым? Он ни с кем не говорит, а только рычит и демонстрирует клыки. И профессору Бренинг пришла в голову идея, просто попробовать самой поговорить с ним, не прибегая к помощи техников. Видя, как возбудилось его тело, и сверкают от желания глаза, она поняла, что оголив немного ноги или расстегнув пуговицу на халате, может попробовать разговорить его.

И не ошиблась. Сглотнув «бракованный» переступил с ноги на ногу и утробно заурчал, показывая, что оценил, тело и готов действовать.

– Знаю, что ты понимаешь меня. – Голос отразился эхом от стен и подопытный замер, концентрируя внимание на губах докторши.

– Понимаю,– ответил, мягко зарычав.

– Замечательно.

Будешь отвечать на вопросы. – посмотрев на меня, женщина снова, вернулась к записям в блокноте, а мне так хотелось, чтобы она сняла очки, да и остальную одежду тоже.

–Буду, если снимешь очки. – ответил, звякнув цепями.

–Открывай рот… Только когда я спрашиваю. – не скрывая недовольства, проговорила женщина, а я зарычал в ответ, демонстрируя свой протест.

–Позвать техников? – приспустив очки, она ухмыльнулась, и мне это не понравилось.

–Не надо. Я буду отвечать, – проговорил я, прижимаясь спиной к холодной стене, вспоминая, как ведет беседы технический персонал.

Их излюбленный язык – боль.

Поправив очки, Рикарда мельком взглянула на подопытного и задала первый вопрос:

– Что произошло вчера в коридоре?

Звякнув цепями, парень отвернулся и ничего не ответил.

–Я задала вопрос, если отказываешься сотрудничать, техники развяжут твой язык.

Повернувшись, мужчина зарычал, демонстрируя клыки и натягивая цепи сильнее:

– Боль, ярость и наслаждение от того, что разорвал тому убл*дку горло.

Доктор Бренинг посмотрела на него в упор, отмечая блеск в глазах. Раньше такого она не замечала в поведении подопытного.

– Тебе понравилось убивать? – последовал следующий вопрос.

Снова молчание, а потом раздался грозный рык. «бракованный» перестал осознано смотреть на профессора. Его взгляд метался по камере, руки напряжены в попытке вырвать цепи.