Безобразная

Однако раз в год все равно находились охотники за наживой, приводящее во дворец девочку с пятном на шее. Белоснежке хватало одного взгляда, чтобы распознать обман, но маги настаивали на проверке родимого пятна. Каждое из них оказывалось фальшивым. Более искусные подделки были сделаны с помощью магии, другие оказывались банальными татуировками в форме листов, снежинок и цветов. Шли годы, а принцессу так и не нашли.

– Рози?

Аврора выскочила из своих воспоминаний.

– Да, да это я, – Аврора взяла ледяную руку сестры и сжала.

– Почему ты не спишь?

Белоснежка привстала и подложила под голову маленькую подушечку.

– Мне не спится. Луна проснулась, и я проснулась. На дворе такие сугробы! Слепим снеговика?

Белоснежка засмеялась.

– Помнишь, как ты остригла свои волосы?

– Конечно, помню, – ответила Аврора. – Я ненавидела свои вьющиеся золотистые локоны. Нянюшки всегда ерошили их, приговаривая, какая я хорошенькая девочка.

– А ты злилась и отвечала, что не только хорошенькая, но ещё умная и смелая.

Взрослые этому всегда умилялись. Даже тогда тебе хватило ума сообразить, что ножницы отрежут волосы куда лучше, чем кухонный нож. Ты спустилась к ужину с остриженными торчащими волосками, напоминая подсолнух, учинив невероятный скандал.

– Отец приказал мне больше не притрагивается и пальцем к волосам.

– С тех пор тебя расчесывали только нянюшки и иногда слуги. Если один локон выбивался из прически, чесал тебе нос или щекотал шею, ты просила меня убрать его, потому что не могла прикоснуться к своим собственным волосам, – продолжила Снежка.

 – За всем этим родители не заметили, что ты тогда остригла ещё и ресницы.

– А когда заметили, ты тоже остригла свои волосы, чтобы отвести от меня удар. Короткая стрижка подчеркивала твои глаза, сестренка. Особенно этот твой веселый, проницательный взгляд, свойственный только животным.

– Ты так долго страдала от одиночества, а я этого не замечала. Никогда не перечила отцу, когда тот тебя ругал.

А всего-то и нужно было приказать тебе больше никому не подчиняться…

– Не вини себя, Снежка, – Аврора крепче сжала обледеневшую руку сестры, силясь согреть хотя бы малую её часть. – Ты не знала. Не могла знать. Наоборот, это я должна была догадаться раньше. Для одаренной гибким умом, я оказалась полной дурой. Ты поведала мне о дарах. Без тебя я бы никогда не поняла, почему я подвластна чужой воле. Ты единственная мне никогда не приказывала.