Мой личный сталкер

Ее нельзя было застать на улице, когда она выходила по своему обыкновению к котам, на прогулку или просто в ближайший магазинчик за углом, в простом халате и небрежно повязанном цветастом платке, откуда выглядывают туго накрученные старые бигуди. Это все было не про нее. Всегда холодное и надменное лицо, цепкий неприятный взгляд и большой острый нос делали ее похожими на хищную птицу, подстерегавшую свою жертву.

– Здравствуйте, – безразлично с неохотой бросил он.

– Хмм, – надменно, не смотря в его сторону.

Они не поладили сразу, после того, как она случайно услышала про забегаловку. Так что неприязнь была взаимная, и Родион Здравый зная это, продолжал из вредности здороваться каждый раз, как только увидит ее. Хороший ритуал, по его мнению.

Должен же и я раздражать кого-то из соседей! Такое всегда поднимает настроение.

Она стала для него отличной кандидатурой из всех, кого можно было доставать. В такой ситуации, что между ними сложилась, нужно всего-то почаще попадаться на глаза тому человеку, который тебя недолюбливает, и все.

Дело сделано.

Но сегодня Родион явно погорячился, что и сам был не рад, так как находился не в лучшем состоянии. А так как у нее был очень проницательный взгляд, то ей он особенно старался показать, что он из себя представляет нечто большее, чем есть на самом деле, словно чувствуя достойного противника, с кем можно помериться.

Она всегда держалась так, словно проработала лет тридцать начальником в крупной организации.

Он взглянул на женщину и очень надеялся не увидеть осуждения в ее глазах. Но тут было что-то другое.

Недовольство.

Она презирала его состояние, она видела, что с ним что-то не так.

Эта женщина особенно не любит нытиков и слабаков, если она в тебе это замечает, то просто говорит это в лицо или, если повезет, просто не будет обращать на тебя внимания.

Он попытался прищуриться, чтобы напряженные глаза не выдавали нервно дергающееся веко ей на обозрение, но она уже отвернулась от него.

Зинаида Григорьевна видела его слабость и не брезговала дальше это созерцать. Вот так, ничего не говоря, смогла облить меня своим презрением. Настоящее искусство.

Она всегда умела смотреть на него свысока, так, что он чувствовал себя маленькой незначительной букашкой, которая ей досаждает. Зинаида Харченко тем временем смотрела на своих любимых котов. Ее такого теплого взгляда, наверное, еще никто из рода человеческого не удостаивался.