Аратта. Книга 4. Песнь оборотня

В животе у ссыльного заурчало, ноги подкосились, мальчишка качнулся вперед, схватившись за дверь.

В руке накха тут же возник метательный нож.

– Не надо, пощадите! – взмолился юнец. – Я ничего не сделал! Просто я давно не ел…

– Разве тебе поутру не давали лепешку? – строго спросил Аршалай.

– Половину я отдаю надсмотрщику, чтобы он не бил меня за то, что я медленно копаю… Но у меня нет сил копать быстрее…

– Эй, что ты такое несешь, лживый червяк? – возмутился десятник.

– Замолчи и выйди! – оборвал его наместник.

 – Когда нужно, я призову тебя.

Когда дверь за стражником закрылась, изучающий взгляд правителя Бьярмы снова устремился на мальчишку-ссыльного.

– Итак, ты давно не ел, – повторил Аршалай, накладывая серебряной ложечкой икру на тонкий ломоть хлеба. – Это легко поправить. Ты честно и без утайки ответишь на мои вопросы, и я накормлю тебя.

– Я скажу все, что знаю! – всплеснул руками тот. – Хотя, клянусь Исвархой, дарующим свет моим глазам, я уже говорил это много раз!

– Просто отвечай на мои вопросы.

Как тебя зовут?

– Мать назвала меня Маганом, ясноликий господин.

– Судя по твоему выговору, ты вырос в столице?

– Да, мой отец был конюшим у мятежника Артанака, да будет проклято его имя! Отцу отрубили голову, а меня отправили сюда…

– Он был арием? – удивился наместник.

– Да, господин.

– А по тебе и не скажешь.

– Моя мать была полукровкой, служанкой в доме Хранителя Покоя.

– А ты, стало быть, решил вознестись над своей судьбой и примкнул к заговору ничтожных против государя?

– Поверь, господин, и в мыслях не было! – жалобно зачастил подросток.

 – Я ничего не знал до той поры, пока Жезлоносцы Полуночи не скрутили меня и не поволокли в пыточную…

– Ты хочешь сказать, – развеселился Аршалай, – что просто шел по улице и тебя схватили жезлоносцы?

Маган опустил голову и тяжело вздохнул:

– Нет, господин. При мне была записка. Мой высокородный отец велел передать ее начальнику городской стражи. Время от времени он приказывал мне относить послания.

Но я же не знал, что в них! Не ведал, кто их писал… Откуда мне было знать, что Артанак – да пожрет его душу Змей! – задумал недоброе? Ведь он был близким другом государя!

Аршалай повернулся к Стражу Севера:

– Как думаешь, друг мой, заморыш говорит правду?

– К чему ему врать? – пожал плечами накх. – Дальше Великого Рва его уже точно не сошлют.

– Я говорю правду, милосердные господа! – воскликнул Маган, жадно глядя на стол наместника.