Ведро, тряпка и немного криминала

Вот здесь, – он машинально подносит конечность к своей небритой физиономии, но тут, спохватившись, вертит ладонью в воздухе, – у лица.

– Ключи? – хищно осведомляется директор. И ведь никто, заметьте, его не затыкает!

– Рядом, на столике.

– Так-так, – директор ощутимо мрачнеет.

Я уже говорила, что он плохо скрывает эмоции? Так вот, по сравнению с обоими физруками Борис Семёнович просто Джеймс Бонд. За покерный стол им лучше вообще не садиться; впрочем, за «мафию» тоже. Хотя… да кто бы говорил! Я, кстати, тоже далеко не секретный агент – саму себя, мне, конечно, не видно, но окружающие наверняка отмечают что-то вроде неестественно бледности.

– Ломаем дверь? – предлагает Колобков. Директор хмурится, сводит брови на переносице, окидывает железную створку подозрительным взглядом и неуверенно заявляет:

– Сможете снять с петель?

Теперь уже дверь в каморку изучают специалисты (т.е. физруки), и что-то особого воодушевления на их лицах не наблюдается. У каждого свой букет эмоций, трудовика до сих пор пробивает мелкая дрожь, но мужики единодушны в одном – в здоровом профессиональном скептицизме.

– Тут, это… – выдаёт наконец трудовик, заметив, что старшее поколение предпочитает отмалчиваться, – лучше, того… с другой стороны.

То есть со стороны комнаты. В которую нам как раз не попасть, потому что окна мы закрываем на шпингалеты (собственноручно этим занималась – теперь вот жалею, почему же не поленилась!). Всё равно, значит, чем-то придётся пожертвовать – дверью, стеклом или… Галькой.

Тут меня словно дёргают за язык. Подскакиваю, как воробей, и бойко (словно за стенкой не лежит труп бывшей подруги) выкладываю то, что безуспешно пыталась сформулировать раньше:

– Нам нужно вызвать полицию!

Ну вот, пожалуйста, вякнула. Все мы задним умом крепки. Вроде бы и сказала всё правильно, но директор щурит глаза уже на меня (сначала он пепелил злобным взглядом трудовика). Поправляю куртку, рассеянно улыбаюсь. И эта улыбка почему-то выводит его из себя.

– Оставим полицию, – бухтит он, стремительно багровея. Как странно… раньше бледнел, а сейчас покраснел. – Вы двое, идите на уроки, дайте детям задание, пусть не сидят без дела. Мы с Колобковым остаёмся здесь, а вы, Марина, – он наклоняет голову набок, и я получаю возможность разглядеть его крючковатый нос с нового ракурса, – сходите-ка к Павлычу за ключами.

Павлыч – это наш дворник, достаточно бодрый, но постоянно злоупотребляющий алкоголем дедок.