Леди не летают

кому они могут понадобиться?

Кларисса хмыкнула и занесла эту информацию в блокнот. Потом вспомнила, что не записала итоги ужина с Осей, леди Даной и леди Маргарет, и прислонилась спиной к ограбленному фонарю, подставляя запасной блокнот под лучи заходящего солнца.

Лорд Магарыч тем временем обошел оставшиеся шесть фонарей, обнаружил на двух следы обуви, а в ближайших кустах живой изгороди – следы падения какого-то невезучего тела. Удача явно улыбнулась вору не с первого раза.

– В человеческом виде, значит, лазали, – повеселел завхоз.

– Могу попробовать снять отпечатки с фонаря, – предложила дознавательница, но Магарыч покачал головой и показал два длинных светлых волоса и несколько лоскутов одежды.

– Я видел за ужином лорда Аррадиона, и он был каким-то подозрительно поцарапанным.

– Да? Вам повезло, у вас за ужином был «роковой блондин». А у меня – две мерзкие жабы и Ося.

– Вы не в настроении из-за жаб? – уточнил завхоз с таким видом, как будто у него не было никаких сомнений насчет личности этих самых жаб.

– Я в настроении, лорд Магарыч, – мрачно сказала Кларисса. – Просто меня раздражает драконий снобизм. И если лордов я могу послать в задницу или побить, то что делать с леди, совершенно непонятно. На самом деле у меня есть идеи, – спохватилась она, прочитав в желтых глазах завхоза тень удивления, – но после их реализации Рикошет меня точно вышвырнет.

Завхоз хотел что-то сказать, но дознавательница махнула рукой, предлагая закрыть эту тему как заведомо бесперспективную, и он пошел отвязывать лодку от пирса.

Кларисса на секунду задержалась, отмечая в блокноте ворующего кристаллы «рокового блондина», осторожно спустилась в лодку и села, поджав ноги.

Магарыч спустился следом, закрепил тускло горящий фонарь, и, оттолкнувшись веслом, погреб от берега.

Солнце все больше клонилось к закату. Дознавательница сидела в лодке, опустив глаза, и рассматривала воду.

Впрочем, вскоре ей надоело думать про жаб, Рикошета и Осю, «крокодила-сдавалу» Аррадиона и лорда Ригаллиона с его привычкой снимать камзол по любому поводу. Последней ее оставила гадкая мысль о крысах в оперативной группе.

Дознавательница смотрела на озеро и бездумно любовалась последними гаснущими отблесками заката.