Тысяча молний в бензиновых лужах

– Скажи лучше, – подхватил Дин, – куда ты вчера так внезапно исчез?

– Да так, – усмехнулся я, – были кое-какие дела.

– Кто она?

Я громко рассмеялся:

– Дин, у меня просто мозг, а не флеш-карта, я не запоминаю имен. Да и зачем это мне?

– Повторить.

– Нет, дружище, я не катаюсь дважды на поддержанных тачках.

– Ууу, – протянул Тим, – а как насчет той блондиночки?

– Которой? – нахмурился я, вспоминая.

– Твоей одногруппницы.

– А-а, Натки, что ли?

– Да, – кивнул парень.

– Ну, что тебе сказать? Я даю ей то, что она хочет.

Парни рассмеялись в унисон.

– Честно говоря, – признался Тим, – я давно кое за кем наблюдаю.

– Ну, вот, – протянул я, – начинается. Вас на отношения тянет что ли? Я один такой стойкий?

– Скорее неприступный, – закончил Дин.

– Ну, сам посуди, зачем людям отношения?

– Потому что ты любишь, – ответил Тим.

– А вот и нет, – подхватил я, – любви никакой нет, есть только определенная химия между людьми. Им хорошо друг с другом, а потом их мысли заполняет быт и обыденность.

– Ты просто никогда не влюблялся, Ильюх, – подметил Тим. – Вот когда встретишь кого-нибудь, то заговоришь по-другому.

– Нет, приятель, вы же знаете, отношения не для меня. Меня интересует только время. Сегодня мне нравится одна, завтра другая. И вообще, ну, как можно так долго проводить время с человеком? Через полтора часа меня уже тошнит от той, которая находится со мной в номере отеля.

– Ладно, трепаться хорошо, – сказал Дин, – но нужно идти и решать общую проблему.

– Да, пошли, – сказал Тим, хлопая меня по плечу.

А мне хотелось просто упасть на этот диван, где мы сидели и придаться сладостному сну.

Маргарита

Утром мы трое направились в кабинет Александра Александровича Петренко, для, так сказать, дачи показаний. Преподаватель был сам не свой из-за переживаний, все-таки речь шла о престиже института.

Кирилл остановился около двери и тихо постучал.

– Да, – послышался голос.

– Извините, Сан Саныч, – сказал Кирилл, приоткрыв дверь, – можно войти?

– Входите, Бондарев, – сказал Сан Саныч. – В чем дело?

– Сан Саныч, я, кажется, знаю, где форма.

Мужчина резко порозовел, глаза его загорелись ярким огоньком, он подбежал к Кире и, взяв его за плечи, закричал:

– Где, Бондарев, где?

– Понимаете, тут ситуация не простая. – Кирилл выглянул в коридор и позвал меня.