Слушаю и повинуюсь

 – Гувейда сейчас там? В этом подземелье? В этой… темнице?

– Как догадался? – помолчав, поинтересовался мальчик, по-прежнему глядя на небо.

Амин в ужасе уставился на него. Вскочил.

– Ты не найдешь ее там, – равнодушно бросил мальчик. – А если и найдешь, то уже мертвой. Их опаивают наркотиком, который забирает силы – очень-очень быстро…

– Как ты можешь так говорить? – прошипел Амин, хватая мальчишку за грудки. – Как?! Ты играл с ней, ты плясал с ней, ты же видел, какая она… Как?!

– Живая, – грустно улыбнулся мальчик.

 – Как солнышко. Как лучик. Смешливая, радостная, веселая. Была.

Амин отшатнулся. И бросился к лестнице в пещеры.

– Ты не найдешь ее, – повторил Валид, качая головой. – И уж точно не спасешь.

И так и качая головой, уселся обратно на песок.

В вышине Вадд-месяц посмотрел на него в ответ.

И равнодушно подстегнул быков.

* * *

– Нагулялся? – хмыкнул мальчик, открывая один глаз, когда Амин в разодранной абае рухнул на песок рядом.

– Ты же знаешь, – выдохнул юноша.

 – Знаешь, где она. Почему ты мне не помог? Скажи хоть сейчас!

– Хочешь полюбоваться на тело? – отстраненно поинтересовался Валид, поднимаясь на локтях. – Чего ты вообще суетишься? Успокойся. Вон, – мальчик кивнул на выходящего из шатра Бакра. Бедуин, не обращая на гостей внимания, направился к возлежащему неподалеку верблюду. – Ее брат спокоен. А ты дергаешься.

Амин, ругаясь про себя, схватил мальчишку за воротник.

– Ты… бессердечное… животное! Нет! Ты хуже!

Валид равнодушно смотрел на него в ответ.

И, когда юноша с усталым вздохом отпустил его и закрыл глаза руками, сказал:

– Поверь, Амин. Даже если бы ты ее нашел, никто – и в том числе ее родной брат – не сказал бы тебе спасибо. Может, и она бы не сказала. Для них это великая честь, между прочим. А ты попираешь традиции, вековые, заметь, традиции. Чего ради?

– Она же еще ребенок! – выдохнул юноша.

Валид пожал плечами.

– Тем богаче жертва. Тем сильнее дух.

– Какой еще дух?

– А зачем, ты думаешь, они все это делают? – усмехнулся мальчик.

 – Раз в десятилетие выбирается мальчик или девочка – жребий они вроде кидают… раньше точно кидали. Выбранного готовят, опаивают – и в подземелье. Он умирает и становится духом… ну, вроде джинна. Джинна-хранителя. Заклинания, которые ты видел внизу, заставляют его охранять место заточения.

– Поэтому в Иляфе нет гулей? И других джиннов, – прошептал Амин.

– Ну да. Здесь ловушки повсюду.