Стеклянный город

 – Хотя бы тут есть кто-то, кроме меня».

Мрачный навес в самом деле оказался павильоном. Закрытые окошки венчала неосвещенная надпись «касса». Табло расписания пустовало.

– Гостеприимное место, – поежилась Меган.

Потянувшись, она зачем-то постучала в закрытое на щеколду окно, словно надеялась, что кассир уснул и проснется от стука, чтобы прийти им на помощь. Чуда не произошло, и касса оставалась безжизненной и молчаливой постройкой, не готовой дать ни тепла, ни света, ни хоть каких-либо объяснений.

Хью тем временем обошел постройку по периметру и крикнул:

– Здесь есть дорога!

Меган и Бритт присоединились к нему и увидели: в самом деле, узкая дорожка, утопающая в темноте, уходила куда-то вдаль.

– Может быть, там есть какая-то деревушка? – с надеждой спросила Меган.

– Стоит проверить, – поежился Хью. – Чую, так мы долго не протянем.

– Хочу обратно в поезд, – проворчал Шарф по имени Бритт. – Там приятно качало, и снился хороший сон.

– Скоро мы уснем навсегда, если не найдем людей, – сказала Меган и первая спрыгнула с перрона.

Внезапно над ней зажегся фонарь. Такой же круглый и зеленоватый, как и те, что освещали станцию. Хью заинтересованно хмыкнул и обошел Меган, продвинувшись по дорожке.

– Интересно… – пробормотал он, силясь разглядеть в темноте чугунный столб второго фонаря.

Однако фонарь вспыхнул раньше, чем Хью дошел до него.

– Да будет свет! – заявил он.

– Странно все это, – пробормотала Меган, оглядываясь по сторонам. – Как-то тревожно.

– Альтернативы нет.

– Не помню никакой в горах заправки, – сказал Шарф. – Но шоссе – это машины. Люди. Хотя я за то, чтобы уже куда-нибудь прийти.

Меган невольно вспомнила фразу из одной статьи о выживании, прочитанной во время учебы: «Если вы попали в странную ситуацию, заблудились или потеряли ориентиры, оставайтесь на месте до тех пор, пока вас не найдут!» Во фразе имелась своя логика, но вокруг было холодно и пустынно, а Хью и Бритт уже двинулись вперед по дорожке, фонари на которой зажигались с каждым их новым шагом.

Фонари, все как один, напоминали ягоды бузины, подвешенные на чугунных черенках. Их зеленоватый свет добавлял призрачности пейзажу: молчаливые горы, снег и наползающий под ноги холодный туман.