Мирт. Истина короля

Условия не обсуждаются, не обговариваются. Как он скажет, так и будет. Шершень знает, что ты хорош в торговле, но не то время и место.

Ортансу ничего не оставалось, кроме как развести руками.

– Хорошо, хорошо, – сказал он. – По рукам.

– Тогда, – ухмыльнулся мальчишка, – говори, что надо.

– Металл для протезирования. Ханьский, – коротко обозначил Ортанс. – Много.

– Тебе сами протезы или только материал? – заинтересовался мальчишка.

– Материал. Сам не безрукий, да и работа непростая…

– Это с этим, что ли? – мальчишка хмыкнул и оглядел с ног до головы Юй Цзияня.

 – Да, повозиться придется. Только вот накладка. Поставок из Хани такого рода не было давно. Что-то у них на их стороне не заладилось.

– Значит, нету? – разочарованно вздохнул Ортанс. – Придется все-таки идти через официальные закупки?

– Ты не понял, Джон Ортанс, – растягивая слова, пояснил мальчишка. – У официалов нет тем более! Ханьцы не торгуют больше своим пластичным материалом. Есть остатки. Не здесь, и так просто их не достать.

Но для тебя Шершень – возможно – сделает исключение.

– Сколько это будет стоить?

– Узнаю. Жди здесь, и даже не думай пойти следом – останешься ни с чем.

Мальчишка исчез.

Ортанс присел на валяющийся неподалеку деревянный ящик. Цзиянь остался стоять.

– Как думаешь, что-нибудь получится из этой затеи? – спросил он.

Ортанс покачал головой.

– Давай дождемся ответа от Шершня. Что-то разладилось здесь, раз такие предосторожности. Что-то происходит…

– Веришь в народные приметы?

– Народные или нет, но, если низшие слои общества напряглись, наверху могут полететь головы.

Вполне возможно, здесь что-то знают. Но ничего и никогда не скажут нам.

Тем временем снаружи раздались торопливые шаги.

Вбежал мальчишка.

– Ну, что? – неторопливо спросил Ортанс, поднимаясь со своего ящика. – Удалось?

– Только ради тебя, Джон Ортанс, и старой дружбы, – раздался низкий, хриплый голос.

Следом за мальчишкой в барак вошел высокий, широкоплечий бородач.

В зубах у него была сигара, закатанные рукава рубахи обнажали несколько крупных татуировок.

– Добрый вечер, Шершень.

– И тебе не болеть. Дюк сказал, тут биомеханическая работа неплохая. Я решил взглянуть сам.

Он подошел к Цзияню почти вплотную, и Ортанс подавил в себе желание одернуть его – слишком сейчас было важно хорошее отношение этого человека. Хоть и противно донельзя.

Цзиянь, видимо, с теми же мыслями, стоял не шелохнувшись.