Унесённые «Призраком»

Сил уже не осталось, осталась только боль.

Роберт… да, кажется, Роберт и девушка, похожая на Мэри, склонились над ней. Чьи-то пальцы осторожно приподняли обрывок рубашки.

– Это огонь? Ребра почернели и торчат наружу.

Высокий мужчина подошел ближе, но остался в тени и она не смогла увидеть его лицо.

– Вот же мразь! – Голос темноволосой девушки был полон ярости. – Клянусь, она за это поплатится!

– А я ведь предупреждал: не стоит доверять старой ведьме! – донесся из тени негромкий вздох. – Нельзя все время думать только о других.

– Рэй! – оборвала его девушка. И посмотрела на Роберта: – Чем я могу помочь?

Он поднял голову, и в его глазах засиял первозданный свет. Синий – цвет надежды, верности и бессмертия.

– Нам нужна отдельная комната и немного времени.

Он снова бережно поднял её на руки. Окутал поистине бесценным живительным теплом, и она почувствовала, как боль отступает.

– Ты не устал бесконечно её спасать? – бросил ему вслед высокий мужчина.

Никто ему не ответил…

Глава седьмая

Из офицерского салона доносились громкие голоса и смех. Роберт толкнул дверь, неторопливо прошел внутрь и, сняв китель на белой подкладке, бросил его на скамью. В помещении тут же воцарилась тишина.

– Капитан? – подал голос штурман, ирландец Эйдан О’Нил. Роберт сделал неопределенное движение рукой, которое можно было истолковать как просьбу оставить его в покое, а потом оглядел своих офицеров:

– Наши предположения подтвердились: «Валиант» придется избавить от груза.

Дин Хастли кивнул и молча удалился. Он вообще не любил попусту тратить слова – как утверждал О’Нил, только потому, что для разговора пришлось бы вынуть изо рта любимую трубку, с которой боцман, по слухам, не расставался даже во сне.

– Генри, узнайте у мастера Корби, сколько кают мы сможем выделить для пассажиров, если пакетбот вдруг не сможет плыть в загруженном состоянии. И учтите, что на «Валианте» есть дамы. Им придется создать подобающие условия.

– Слушаюсь, сэр.

Лейтенант поднялся и вышел. В салоне остались только Роберт и Эйдан. Они были ровесниками, вместе начинали службу и потому давно стали друзьями.