Белый ворон

Она каждую неделю, начиная с понедельника до воскресенья, ждала нового урока литературы, на котором хоть что-то может подарить ей какую-то энергию. Во время ссоры учителей она была в столовой, но слышала все прекрасно. И это убивало еще больше. Смешно не было, потому что в последнее время громкие крики и звуки били по мозгам, как громкие крики, взявшиеся из неоткуда в полностью пустой тихой комнате, в которой запросто можно было оглохнуть от самой тишины.

– Бет? Ты идешь на математику? – окликнули Бетти одноклассницы, идущие сзади.

– Зачем? Я умру на ней.

– С каких пор ты паришься за алгебру? – разворачивая девочку за локоть, со своим противным нажимом, спросила Стейси.

– С тех самых, как Гранди не лучше раковой опухоли, – с особым отвращением выплюнула Бет. Одноклассницы притупились, тогда она поняла, что сказала.

– У тебя проблемы?

– Не знаю.

Бет развернулась и ушла, закидывая рюкзак на плечи. Девушки, да и вообще вся школа, давно не видели ее убитой. Одноклассницы повернулись назад.

– Настолько все плохо? – спросила Джейн.

– Я тебе все подробно объяснил, – ответил Дин, – такой убитой я ее еще не видел.

– У нее не часто такое. К психотерапевту не ходит?

– Какой там психотерапевт, она ему кабинет разнесет, если он ей советы о жизни раздавать начнет. Нет, в этом я сомневаюсь.

– Тогда попробуй сблизиться. Или поговори с ее подругой или рыжим. Он еще общается с ней?

– Последние три раза она отказывалась идти с ним куда-либо, и он притих.

– В плохом смысле?

– Чего?

– Расстроился?

– Не очень, но замену он ей не ищет.

– Дин, послушай, я знаю, что ты не любишь людей, но ты должен встать перед ней на первый план.

– Я это понял. Как, господин руководитель?

– Ненавязчиво. Вы схожи характерами и если она найдет в тебе то, что заинтересует ее, то дело будет сделано наполовину. Ты умеешь притворяться?

Дина передернуло.

– Нет!

– А придется научиться! И советую тебе не подпускать к ней никого, но делай это незаметно.

– Новый учитель литературы.

– Так, поподробней.

– Ну, он литератор.

– Имя!

– М… дурацкое имя. Японское, – Дин сел возле станка, – Анадзаки, Соё вроде бы.

– Я поищу его, не нравятся мне эти японские литераторы.

– Почему?

– Они частые мафиози. Как кровь на снегу в январе. Противные людишки. Но если я его не знаю, то он, возможно, опасности не представляет, хотя самые тихие, как правило, самые глубокие мрази.