Капкан для волка

 – Как тебе: «Я думала, ты меня любишь!» – сатирично спародировал парень, слегка покривлявшись. – Такую даже трахать было опасно. Вдруг уснёт и захрапит, – хохотнул он, чем вызвал смешок Макса.

– Да уж, – поддержал Волчанский, передёрнув бровями. – Хотя ротик у неё что надо… Рабочий. Мне даже было чуть-чуть хорошо.

– Да и грудь ничего, – пожал плечами Волков и тут же одёрнул: – Проехали и забыли! Надо найти новую кисоньку на выходные!

Макс принялся осматриваться. Сегодня его очередь выбирать постельную игрушку.

Он взглядом оценивал проходящих мимо красавиц. Парни двигались по коридорам, медленно приближаясь к своей аудитории. Волчанский не прекращал бубнить.

– Так, – настроился он. – Эту на фиг, она некрасивая. Эту тоже: рыжих я не люблю… Эта… Хм, – он остановил взгляд на миловидной круглолицей студентке, что болтала с подружкой, стоя у кофейного автомата. – Как насчёт той пышечки? – не глядя на друга, адресовал ему вопрос.

– А оно нас не сожрёт? – грубо высказался Илья. – Не помрём мы под ней?

– Да вроде… с виду весит немного.

– Нет, – отказался друг. – Я не хочу, чтобы она мне отдавила «будущее» своим «настоящим», – брезгливо бросил сынок магната.

– Значит, тоже на фиг, – кивнул Макс. – И нормальных девок нет даже. Эта… шлюха, та тоже. Рядом – я её сам боюсь. Затрахает до смерти, а я ещё так молод. Эта – старовата. А, пардон, это ж декан у журналистов! – хихикнул он в кулак, отвернувшись. – Что-то шкала возраста у меня сбилась. Выбирай ты, – шутливо предложил, подавившись смешком.

Осознание того, что выбор чуть не пал на приятной наружности, но всё же опытную женщину, смешило до боли в горле. Но стойкость возобладала, Волчанский сохранил серьёзное выражение лица.

– Да не вопрос, – оживился Илья. – А то ты повыбираешь сейчас: придётся не то, что с деканом, а с самим ректором Смоляновским спать за мороженку. К вечеру будет нам добыча, – с гордостью оповестил парень, ободряюще хлопнув друга по плечу.

Глава третья

Восход заиграл огненными красками на горизонте.

Солнечные лучи яростно осветили просторную спальню. Кругом беспорядок. На креслах валялось кружевное бельё. Под журнальным столиком, на котором ещё оставались следы белого порошка и стояли три пустые бутылки дорогого виски, лежали мужские брюки. След из остальных вещей тянулся до самой кровати с балдахином.

Илья открыл глаза. Он тут же выставил руку перед лицом, чтобы закрыться от ослепляющего света.