Гиперакузия

Катя перевела взгляд на монитор и застыла от ужаса. Она непонимающе посмотрела на Алексея, по всей видимости, пытаясь догадаться, были ли это такие шутки со стороны капитана Меркулова, или ей и вправду нужно было определить, что общего могло быть между изображёнными на фотографиях трупами. Но Алексей Егорович казался вполне серьёзным и заинтересованно смотрел на монитор, словно ожидая от неё каких-то слов.

– Алексей Егорович, – наконец, осмелилась она. – А что я должна сказать?

– Ну, мы думаем, это какой-то маньяк, – ответил Алексей, не отрываясь от монитора.

– Но у него какие-то не те особенности. Маньяки ж обычно один типаж выбирают. Тут и нам понятно, что они все разные. А вот с шизофренией. Мы подозреваем, что это такой случай.

– Либо ритуальное, – не сдавался Олег.

– Либо обставлено под ритуальное, – заметил Игорь. – Или под мистику.

– Нет, ну, я бы ещё поверил по поводу телефонов, – возразил Алексей. – Там, пророки с последним временем или кто там ещё. Или эти, которые в теорию вселенского заговора верят.

– Ты про шапочки из фольги? – усмехнулся Игорь, вспомнив, как недавно в контору приходил очередной пророк, утверждавший, что инопланетяне собираются покорить человечество, внушая людям вести войны друг против друга, загрязнять окружающую среду и носить вязаные шапки.

– Они же свои сигналы сквозь вязаные шапочки эти и пропускают, – утверждал, как он называл себя сам, сын Сварога.

Игорь выслушал, покивал и даже не вызвал «скорую». Увы, по роду деятельности ему приходилось иметь дело и с такими бдительными посетителями. Благо, это происходило крайне редко.

– Ну, – кивнул Алексей, отбивая пальцами по столу одному ему понятный такт. – Но тут вообще что-то непонятное.

Игорь наклонился над столом, глядя на монитор и придавил пальцы Алексея ладонью.

– По мозгам не долби, товарищ капитан, – произнёс он, не глядя на Алексея.

– Простите, товарищ капитан, – Алексей убрал руку.

Наконец, Катя посмела заговорить:

– Простите, но я пока ничего не вижу общего, – тихо произнесла она, при этом сильно побледнев.

– Ну, Вы не торопитесь, – доброжелательно произнёс Алексей. – Мы подождём. Посмотрите внимательнее.

Лицо Кати стало ещё бледнее, губы позеленели.