Ани из Персикового дома

Такую смешную кличку он получил, когда был совсем еще маленьким и неповоротливым ежом.

Мама Ани тогда смешивала специальное зелье для сада. Ее растения всегда были самыми большими и зелеными, и без магии тут, естественно, не обходилось. Зелье помогало им лучше впитывать воду и защищало от вредителей.

В тот день мама Ани оставила зелье на минутку, не подозревая, что любопытный еж, надеясь похитить с кухни что-нибудь съестное, заберется на стол. На громкий шум сбежалась вся семья, и их глазам открылось интересное зрелище: Филиас, упавший в миску, быстренько втянул в себя болотно-коричневое зелье, как губка, и теперь громко возмущенно пыхтел.

Потом еще месяц после этого Филиас ходил по дому с громким хлюпающим звуком. Именно тогда Ани и дала ему кличку «Хлюп», а потом и вся семья начала его так называть, и со временем настоящее имя ежа как-то забылось. Любопытным эффектом от зелья также стало то, что с тех пор иголки Хлюпа могли менять цвет в зависимости от его настроения.

Прошло десять лет, и Хлюп стал взрослым упитанным ежом.

– Ну давай же, Хлюп! – возмутилась Ани. – Выпал первый снег, пойдем на улицу.

Еж медленно перевернулся на живот и угрюмо посмотрел на нее. Его иголки стали недовольно-фиолетового цвета. Хоть он и не умел говорить, но девочка прочитала по его взгляду все, что он хотел бы ей сказать на эту идею.

– Я знаю, что там холодно, ну и что! – воскликнула Ани. – Ну как хочешь, я иду наружу.

Сбросив пижаму, девочка быстро натянула теплые синие лосины с золотыми звездами и большущий свитер. Свои длинные, до талии, волосы Ани стянула лентой, чтобы не мешались. Рыжевато-каштановые кудри не поддавались ни одной расческе, и девочка уже давно махнула рукой и просто собирала их в хвост.

Ани сбежала вниз и уже засовывала руки в рукава безразмерной оранжевой куртки, когда услышала тихий топот на лестнице. Хлюп, раздраженно ворча, поплелся за ней. Впрочем, как и всегда.

Ани распахнула входную дверь, впуская в дом запах первого снега. Зима была ее любимым временем года, хотя для ведьмы это и не было типичным. Зимой нельзя было ни собрать полезные травы, ни проводить обряды.