Ева Полянская – жизнь и судьба. Книга 2. Жить вопреки

– А давайте я подержу, – сказала старушка, – вы пока в баньке купаетесь, я его охранять буду, вот те крест, – сказала старушка и перекрестилась.

Она напомнила мне Диминого дедушку и поэтому, скорее всего, я потянулась к ней, прониклась доверием. Я медленно разжала свои руки и отдала ей чемодан с сумочкой.

– Вот и хорошо, – заговорила женщина и повела меня из дому, когда хозяйка дала нам полотенца и во что можно было переодеться.

– Что это с ней, – спросил она у второй женщины, которая сидела и укачивала девочку на своих руках.

 – Больная штоль?

– На ее глазах мужа разорвало бомбой, – сказала женщина. – Прямое попадание. Я рядом была, видела, как она из воронки в это время высунулась, кричала ему что-то, – женщина вдруг всхлипнула, и из ее глаз полились слезы. – Такой хороший молодой человек был, так любил ее, пылиночки сдувал. Все про малыша говорил, которого она носит.

– Господи, – старушка прикрыла свой рот рукой и тоже заплакала. – Не зря говорят, что Господь хороших людей быстрее к себе забирает.

Как же она теперь.

– Не знаю, – пожала плечами женщина. – Нам бы доехать сначала, а там уж посмотрим. Может, мы с сестрой приглядим.

– А откуда вы, – спрашивала старушка и накрывала на стол.

– Из Ленинграда, – ответила ей женщина.

– Из того самого? – закачала головой пожилая женщина.

Когда меня привели из бани и снова посадили на тот же стул, старушка отдала мне мою сумочку и чемодан. Я вцепилась в них и опять стала смотреть перед собой.

Сходила, вымылась в бане вторая женщина с ребенком и все сели за стол.

– Неудобно с чемоданом то кушать будет, – обратилась ко мне старушка.

– Коленька сказал держать, – ответила я ей.

– Ты пока в баньке купалась, Коленька заходил, велел накормить тебя, да спать уложить, – сказала старушка, забирая у меня чемодан. Сумочку она уже трогать не стала.

Мы поели, а потом меня отвели в одну из комнат и уложили в постель.

– Коленька, Коленька, где же ты, – шептала я, пока не уснула.

Так прошло несколько дней. Мы ждали, когда починят пути, и наш поезд.

Обгоревшие вагоны разбирали, чтобы сцепить целые, создавая тем самым, новый состав. Составляли списки погибших, чтобы выдать справку о смерти. Я целыми днями сидела на стуле, прижимая к себе свои пожитки и отдавая их только старушке, когда нужно было покушать, или сходить в баню.

– Здравствуйте, – сказал мужчина, который зашел в наш дом. Он выглядел очень усталым, даже можно сказать изможденным. – Вы у меня последние остались.