Эффект бабочки, или Твоя западня

Или мне показалось?

– А это запрещено? Вы выставите меня за это на улицу? Я не шлюха, и никогда ею не стану! Но что, если я кого – то полюблю? Мне нужно будет взять у вас письменное разрешение на секс с любимым парнем? – Злость накрывала меня с каждым вздохом и вопиющим нахальством этого негодяя. Кем он себя возомнил?

– Я задал тебе вопрос. Ты на него отвечаешь. – Холодным, острым тоном Лански можно было колоть дрова, и дрожь страха снова предательски ползет вдоль позвоночника.

– Нет. Мы друзья. Но ответьте теперь на мой вопрос, чтобы я вдруг случайно, по неосмотрительности не осталась на улице!

– Ты влюблена в него? – Все тот же тон и пристальный взгляд в зеркало.

– Нет.– Отчего – то я снова покраснела, испытывая стыд за подобный допрос.

– Тогда тебе не о чем волноваться. И да. По поводу письменного разрешения. И дело не в моей вредности. Вокруг тебя что – то закручено, и я пока не понимаю что. Тебя до сих пор ищут, в этом я сам лично убедился. И если ты доверяешь своему другу, то можешь оставить его возле себя.

Услышанное заставило меня поперхнуться кислородом. Мне тут же стало стыдно за свою браваду. Навыдумывала невесть чего, а Лански просто перестраховывался. Как ни странно страх тут же улетучился. Я хотела было извиниться, когда машина остановилась, и мужчина поспешно покинул салон. Мы приехали. Навстречу Лански выпорхнула Анна, и заключила его в свои широкие объятия, вытирая слезы, и ругая его за долгое отсутствие.

Я удостоилась теплого поцелуя в щеку, и проследовали в дом. Время близилось к ужину, и как ни странно Лански остался с нами. К ужину я готовилась с особой тщательностью, полыхая красным пламенем, пытаясь заглушить голос совести. Спустилась вниз, гордой и независимой походкой, и едва не рухнула на последней ступеньке.

Лански помогал снять пальто той самой женщине, которая осталась в ресторане.

***

Моника

Бегство Лански отзывается едкой болью и тревогой всколыхнувшейся в душе. Именно бегство, ибо Артемио совсем не тот человек, который прерывает важный разговор на пол пути, оставляя человека, который прилетел в Россию исключительно для того, чтобы встретится с ним. По его собственному предложению между прочим.