Анлин

Ал мастерски перебинтовала спину пожилой женщине, и, перевернув ее, обратила внимание на прямоугольный предмет под ее кофтой, однако руки были так сильно прижаты к тому месту, что возможности их расцепить не было. Девушка достала нож и порезала себе руку. Глаза вампира при этом действии загорелись зеленым, и он был вынужден отвернуться, запах и вид настолько сладкой крови будоражил его сознание, и заставлял вырываться на свободу инстинкты.

– Что ты, черт возьми, делаешь? Запах твоей крови усилился.

– Ну, уж извини, придется потерпеть.

Эдрэну было любопытно, что собралась делать эта несносная девчонка, и он повернулся обратно. Девушка приоткрыла старушке рот, и добилась того, чтобы та сделала пару глотков. Вампир решил оставить вопросы относительно этого на потом.

– Эд, ты можешь мне помочь? – обратилась она к нему.

Вампир закатил глаза, но все-таки взял старушку на руки.

– Я пойду с большей скоростью, чем ты, иначе она по дороге душу богу отдаст. Больница, в которой работает Фил, прямо по этой улице в сторону скалы.

– Эд. – Вампир обернулся на голос девушки, когда уже стоял в двери. Ее золотые глаза были наполнены печалью. – Спасибо.

– Должна будешь. – Парень улыбнулся и исчез.

Девушка отыскала ключи от библиотеки, закрыла входную дверь на замок, и побежала в сторону скалы, вверх по улице. Через полчаса она добежала до больницы, и когда вошла в здание, там, в холе, ее ждал Эд.

– Ну что обсудим условия оплаты моей услуги?

Вампир улыбнулся, но когда посмотрел в глаза Ал, полные тоски, он принял спокойное выражение, и проводил девушку к палате, где разместили библиотекаря.

– Почему в твоих золотых глазах столько грусти. – Спросил вампир. – Ты ведь сказала, что тебе больше нечего терять, кроме своей жизни.

– Потому что это их нормальное выражение, из-за вашего появления они проявили оттенок гнева, потому что я вас ненавижу, да и твои сегодняшние выходки не дали им вернуться в это состояние.

– Тебя это огорчает?

– Нет, три года назад этот факт перестал меня волновать, он служит мне лишь напоминанием, что я монстр, и для меня нет нормальной жизни, потому что все вокруг погибнут.

– Ну, все рано или поздно умирают.