Нечувства. Девушка, которая исчезла

Какая-то у нее была странность с восприятием знаков. Но она очень старалась, даже по сравнению с другими первокурсниками.

На кухне из-за нее постоянно тусовались люди, чтобы выговорить все свои переживания. Она никому не отказывала.

Я один, наверное, с ней ничем не делился. Во-первых, я вообще не из тех, кто плачется окружающим о своих бедах или достает подробностями своей непримечательной жизни. Во-вторых, мне было ее жалко, что вот так нещадно ее используют, а она не смеет отказать. В-третьих, я старался быть для нее загадочным.

Но это только поначалу, пока я к ней присматривался. Уже через пару дней знакомства я твердо решил, что Дана – моя, что она в меня скоро влюбится, потому что я неотразим. Вообще ни одной мысли не было, почему мой план должен провалиться!

Я решил действовать постепенно. Сначала я пару недель регулярно тусовался на кухне и изучал ее. Она никак на это не реагировала. Либо училась, либо с кем-то болтала. Кивала мне приветственно – и все. Я самонадеянно решил, что Дана уже на крючке.

И следующие две недели решил вообще не появляться на кухне. Абсолютно. Чтобы она прочувствовала, как ей без моего внимания грустно.

Я сам страдал от разлуки с ней, ел в студенческой столовой, делал задания в библиотеке… Кстати, местный читальный зал я с тех пор полюбил. Гостеприимное место, где можно было провести весь день и даже вздремнуть на столе, прикрывшись стопкой книг. Там я сдружился с Саней, своим одногруппником. Он не жил в общаге, поэтому незаслуженно выпал из моего круга общения.

Не могу сказать, что Саня был моим другом. Такой крутой чувак обречен быть одиноким, но окруженным множеством завистливых знакомых. Он легко учился и при этом постоянно кутил. С пятницы по воскресенье – обязательно.

Он умел крутить сальто, и демонстрировал это в любом состоянии опьянения. Он рассказал мне, что потерял родителей в тринадцать лет и уехал из города жить к бабушке в село. Естественно, Саня был единственный, кто там в селе не бухал, тягал гантели и продолжал делать сальто. Мы с ним сошлись на почве детских утрат: мой отец стал инвалидом, когда мне было шестнадцать, из-за автомобильной аварии.