Наследница долины туманов

Глава 8

Ничего не понимая, я ухватилась за мощную шею, боясь, что гер меня уронит или сделает ещё что-нибудь похуже.

– Тихо, колючка. Что ты сжалась, как дикий зверёк. Я ведь уже сказал, что не обижу.

– Отпустите меня, – шепнула я, – верните на кресло.

– Успеется, – хмыкнул он и сел на постель, поместив меня на своих коленях. Только оказавшись в его объятьях, я поняла настолько он огромный и мощный. Сильные ладони бережно поддерживали меня, не давая упасть.

– Это неправильно, – пролепетала я, – вам не пристало так себя вести.

– Как хочу, так себя и веду, – хохотнул он, – расслабься, ёжик мой. Ну, в самом деле, какой мне резон тебя обижать.

Он зачем-то потёрся щекой о мою макушку и, кажется, поцеловал в волосы, вводя меня в ступор.

– Тогда зачем вы подняли меня на руки? – севшим голосом выдохнула я.

– Хочу. Мне не нравится, когда ты сидишь в своём кресле так, будто спицу проглотила, и цедишь сквозь зубы каждое слово. Так что я решил сменить обстановку.

– Это было неверное решение, – выдохнула я, – вы ведёте себя как неотёсанный…

– Осторожнее, Амэлла, – перебил он, – у меня очень ранимая душа.

Не удержавшись, я скептически приподняла бровь.

– Что?! – казалось, он и правду возмущён моим неверием. – Я, между прочим, к тебе всем сердцем тянусь: даже вот женой сделал, чтобы всё по-честному, а ты обзываться.

– Гер Каил, вы ведёте себя как мальчишка, – растерянно произнесла я, чувствуя, как его ладони медленно скользят по моей спине.

– Гер Каил! – прошептала, когда его рука сжала моё бедро и скользнула на внутреннюю сторону.

– Ты там мне рассказывала о том, как плохо я себя веду, – напомнил он мне. – Не отвлекайся, Амэлла.

– Вы… вы, – его ладонь скользнула по бедру выше. – Не смейте!

Дёрнувшись, я ощутила его прикосновение между ног.

– Не смейте! – взревела и с силой ударила по руке.

– Тихо, – шепнул он, обжигая дыханием моё ухо, – всё. Вот видишь, я остановился. Что ты так испугалась, Амэлла? Я всегда услышу твоё «нет». Только скажи и всё.

В комнате воцарилась тишина. Он действительно больше не трогал, не прикасался, но при этом не выпускал из объятий.

– Я не насильник, запомни это, моя вартеса.