Наследница долины туманов

– Князь Хумъяр отличался излишней подозрительностью, поэтому по дому не ходило разговоров о том, когда и куда он собирается отбыть, – вежливо с долей почтения произнесла она.

– Хорошо, тогда я спрошу по-другому. Когда отбыл ваш князь?

В комнате повисло молчание. Это был плохой вопрос. С момента отъезда Хумъяра и часа ещё не прошло. Да, они наверняка уже где-нибудь на второстепенной дороге, но уехать далеко точно не успели.

– Я задал вопрос, мне по плохому развязать ваши языки? – устало проворчал мужчина.

Никто не произнёс ни звука. Слуги любили Моялу, и никто не хотел становиться ее палачом.

– Так верны князю? – у северянина даже бровь приподнялась, столько иронии во взгляде.

– Не князю, гер, – тихо выдохнула няня, – с ним отбыла вдова Руско, ия Мояла.

Гер Каил прищурился и склонил голову набок.

– То есть законную супругу он бросил мне, как кость, а любовницу прихватил. Ну и нравы же у вас.

Наверное, именно эта его фраза окончательно меня раздавила. Я действительно была брошена здесь, как кость захватчикам: чтобы убили меня и успокоились.

Мною даже враги побрезговали.

– Княжна, – рыкнул гер, но я лишь качнула головой. – Когда отбыл ваш супруг?

– Я не скажу. Убивайте меня, не трогайте мачеху.

В комнате после моих слов стало снова тихо. Гер прошёлся до центра комнаты, а потом присел на корточки и поманил к себе Вояту. Девочка неуверенно помялась, но пошла к мужчине.

– Скажи-ка мне, – северянин ухватил ребёнка за подбородок и заставил смотреть себе в глаза, – а когда князь уехал?

Воята растерянно моргнула и попыталась отвернуться, но гер не дал.

– Отвечай, – строго приказал он.

– Утром, – промямлила малышка.

Мужчина резко скривился, словно съел что-то несвежее.

– А ты знаешь, что за враньё язык отрезают даже таким маленьким девочкам, как ты. Не хочешь говорить правду – молчи, но врать взрослым некрасиво.

Воята дрогнула и расплакалась. Во мне всё перевернулось. Я не могла ответить на его вопрос и подставить Моялу, но и смотреть на слёзы ребёнка тоже было тяжело.

– Я скажу всё, что вы хотите, только пообещайте не трогать вдову князя Руско, – тихо шепнула я.

Гер поднялся и легонько подтолкнул плачущую Вояту обратно к бабушке.

– Не смей ставить мне условия, женщина. Мне плевать на твои физические недостатки, накажу как здоровую. Таких розог всыплю за дерзость, неделю сидеть не сможешь.

Его слова вопреки логике меня успокоили.