Дерзишь, темненькая моя?

– Я же не такая эгоистка как ты, – Малика царственно развернулась и, схватив за руку, потащила меня на выход. – К тому же любимая свекровь давно просит меня пристроить это бордовоглазое сокровище в чьи-нибудь надежные руки. А ты – идеальный вариант. Ну, сознавайся, влюбилась в него?

Услышав вопрос, я сморщилась. Вот и приперли меня к стенке.

– А если и так, поможешь его заполучить? – хитро поинтересовалась я.

– А есть план? – глаза Малики полыхнули азартом.

– Есть! Я зелье приворотное вчера раздобыла, – я достала из кармашка пузырек с золотистым содержимым.

– Ого! – Малика приостановилась и, отобрав у меня бутылёк, принялась его рассматривать. – А ты уверена, что оно не навредит?

– Уверена, – я выразительно поиграла бровями. – Я за него приличное количество нарядов отдала. Да и ведьма, у которой я его выменяла, в курсе была того, что я темная. А с нами не шутят.

– Вот и попался голубчик, – Малика потерла руки от предвкушения. – За все нам заплатит.

– Значит, поможешь его заполучить? – мне нужно было услышать ее ответ.

– Еще бы, но обсудим все позже. Ты ведь помнишь, какой у них шикарный слух.

Заговорчески кивнув подруге, я забрала у нее зелье и снова припрятала его в кармашек. Ко мне возвращалась прежняя уверенность в себе. Ну, держись Этьер соф Лумье.

Накинув на плечи плащ, я пошла вслед за хозяйкой дома.

Выйдя на улицу, мы с подругой тут же оценили габариты поданной кареты. Покрутившись вокруг, заглянули внутрь. Красота и роскошь. Ширина и длина сидений позволяли на них даже поспать, не сгибаясь втрое. На окне висели тяжелые зеленые занавески. При желании их можно было задернуть. На сидениях лежали, свисая на пол, даже на вид очень тёплые тяжёлые одеяла. Все-таки на улице зима, а там внутри будет наверняка тепло и уютно. Весь вид портила только гора учебников, заботливо приготовленная мужчинами для бедных ведьмочек.

– Рояна, почему раздетая? – прорычал за моей спиной Этьер. – Где твой шугай? Где шапка? Простыть решила?!

Я смутилась. Ну, свою короткую шубку я оставила в гостиной еще с вечера. А смутило то, что ее отсутствие под плащом заметил именно Этьер. Глянув на подругу, я поняла, что она-то в душегрее уже стоит. Вот я растяпа. И ведь не холодно совсем. Развернувшись, я помчалась обратно в дом утепляться.