Нити Жизни

Или под себя, – жизнерадостно заявил Сармик.

– Ешь давай и догоняй Кама, – приказал ему Нэвлис. – И вы все. Хочу завтра встать пораньше и свалить из этой глуши подальше.

Эслин слегка расслабилась и пригрелась у костра, с интересом изучая новых знакомых. Ее взгляд наткнулся на последнего северянина. Высокий тощий брюнет с вьющимися волосами сидел молча и неподвижно, не представляя из себя опасности, но Эслин заставили вздрогнуть его глаза – сплошь голубые, без белка, да еще светящиеся. Ее взгляд перехватил Сармик:

– О, тебе приглянулся наш Дар богов? – усмехнулся он и пощелкал пальцами перед лицом брюнета.

– Что с ним? – озадаченно спросила Эслин.

– Сбежал в мир духов. Боится нас пуще их, – ухмыльнулся Сармик.

– Там его разум, а тело с нами едет, – с готовностью пояснил парень по прозвищу Молодой.

– Так он у вас шаман? – уточнила Эслин, и вся компания дружно рассмеялась.

– Легче сказать, кто из нас не шаман! – объяснил ей Сармик.

Майма выбрала из своей поклажи тяжелый шерстяной плащ и подала его Эслин.

– А меня зовут Алимка. Я не такой уж и молодой, мне пятнадцать лет.

– Спасибо, Алимка, – поблагодарила Эслин, и с удовольствием начала есть.

Она заметила, что Сармик и Алимка не прочь поболтать с ней, но усталость дала о себе знать, и вскоре вся компания улеглась вокруг костра. Только молодой мужчина, которого назвали Дар богов, остался сидеть безмолвно и неподвижно, уставившись горящими глазами на огонь.

Когда она разлепила веки, странный шаман сидел все так же. Выглядела эта живая статуя пугающе. Зато открыл серые глаза рыжий Кам, тот самый, которого называли быком. Он выглядел довольно сурово со своим кольцом в носу, короткой бородой и морщинками возле глаз. Но его низкий бархатный голос мгновенно отозвался трепетом в животе девушки. Да сам Небесный Отец звучал бы также, реши он обратиться к людям! Только вот смысл его слов…

– Вы что, приготовили мне девственницу на завтрак?

– Боюсь тебя разочаровать, Кам, – тут же весело подскочил Сармик, взметнув своими косами.

– Второй день вы говорите обо мне как о еде. Надеюсь, вы не питаетесь людьми? – с улыбкой спросила Эслин, проигнорировав вопрос о невинности.