Незаменимых не бывает

– Я это… Я не хотела! Я случайно! Я ставила бокал, а он, оно, упал подсвечник! Я его задела, наверное, но я не видела… Простите меня! – буквально давлюсь словами, отчаянно пытаясь сложить из букв хоть что-то вразумительное. Да уж, так себе результат.

– Ты цела? – Карина бегло осматривает моё уничтоженное пеной платье.

– Да вроде…

– Хорошо. Ах да, ты уволена!

Наверное, мне мерещится. От сильного испуга и не такое причудится.

– Что смотришь? Уволена, говорю, – голос Карины зловеще свистит в попытках сдержать крик, вырывающийся из недр её истерической души, – мало того, что пришла на мой праздник лохматая, как пугало, так ещё и ресторан чуть не спалила! Ох, ты вообще представляешь – что начнется, когда фотографии ЭТОГО разлетятся по стране… Ох… – Карина закатывает глаза, всем своим видом показывая трагическое страдание, – теперь придётся заплатить всем фотографам в зале, чтобы удалили эти снимки… Не переживай, твои портреты так же не покинут этого помещения.

У меня нет желания краснеть за нелепо набранный персонал. А сейчас уходи. Сейчас же!

Резко и как-то брезгливо развернувшись, Карина идёт к гостям, превращаясь в Мисс Обаяние. Она улыбается, всячески отвлекая внимание на свою персону. Все хорошо – хи-хи-хи – никто не виноват, просто случайность – хи-хи-хи – кому ещё шампанского?

Это нокаут. Столько бед меньше чем за сутки на мою голову… Спорить нет ни сил, ни желания. Я бреду к выходу и по-английски уезжаю на первом попавшемся такси.

Уже дома взрываюсь, отправляя ни в чём не повинную тарелку в стену.

Карина, вот же лицемерная сволочь, да ей плевать что со мной и цела ли я! Даже если бы у меня прическа вспыхнула, как факел, всё, о чём она смогла бы думать – что же попадет в газеты? МОЙ праздник! Ты смотри, фифа какая! Ну и хорошо, что я уволена! Я бы всё равно не смогла работать под её язвительные замечания… Стерва!

А на сердце так горько… Так больно! И кажется, что в ушах одна пустота, как будто все звуки мира отключили. Впрочем, как и цвета.

Я даже не знаю, что жёстче растоптало меня – факт, что я теперь безработная не по собственному желанию, мерзкое отношение Карины или всё же измены Алекса? Или то, что он оказался мерзавцем, не способным признать свою вину? Всё и сразу.

Кажется, что ляжешь спать, а на утро вздохнешь с улыбкой: «Фууух, это всего лишь страшный сон».

Но, увы, ни на утро, ни ещё через неделю тьма моей жизни не рассыпалась, как иллюзия. Проснуться от этого я не могу, а значит надо с этим жить.