Аид

 – Мне нужно отойти!

Самир позволяет оставить свой локоть, но быстро добавляет, когда я поднимаю на него глаза:

– Уже уходишь?

– Я должна встретиться с Мирой в гардеробе… но сначала попрощаюсь со старой ведьмой.

Губы мужчины расходятся в улыбке, которая лишь чуть-чуть касается глаз. Самир всегда улыбается так. Будто его в этой жизни уже особо ничего не удивляет.

Это, пожалуй, единственная вещь, которая меня в нём смущает. Такая пресыщенность… чужда мне.

– Тогда я провожу тебя до гардероба, – говорит мужчина, слегка мотнув головой в направлении выхода, – подожду там.

– Ладно, – киваю я, отдавая ему свой бокал, который он принимает без раздумий.

Пробираюсь по залу, отвечая на поздравления.

Я не знаю, как ОНА добилась этого, но меня принимают везде, куда бы я ни ткнулась.

Меня и Миру.

– С Новым годом! – объявляю жизнерадостно, остановившись рядом с сервированным столом, покрытым белой шелковой скатертью.

– А что, сегодня Новый год? – брезгливо фыркает чёрная вдова.

Её ладонь лежит на набалдашнике старинной трости, которая выглядит так, будто досталась ей по наследству от английской Елизаветы. Голова слегка раскачивается, и я никогда бы не поверила в то, что она передвигается самостоятельно, если бы не была тому свидетельницей.

– Да, каждый год тридцать первого декабря, – сообщаю я, бросив взгляд на Фариду, которая делает вид, будто изучает потолок.

На ней платье в греческом стиле и веселенький новогодний венок в волосах. Она выглядит беременной, в самом худшем проявлении этого положения, но все равно очень милой.

– Этот вдовец – то, что тебе нужно, – вдруг заявляет старуха, – будешь как у Христа за пазухой.

– Мы просто друзья, – отвечаю ей с неохотой.

– Друзья… – дребезжит она, кряхтя и посмеиваясь, – он глаз на тебя положил, не дурак. Если предложит замуж, соглашайся!

– Мы просто друзья! – с нажимом повторяю я.

Это правда. Самир никогда не намекал на что-то такое. А если бы намекнул…

Я не знаю…

Он приятен мне во всех смыслах… и как мужчина тоже, но мне кажется, будто он не то, что мне нужно.

Старуха кривит губы и гримасничает:

– Мать не учила тебя почитать старших?

– Я пропустила те уроки!

– Оно и видно. А теперь иди и полюбезничай с ним, только не показывай характер, а то так мы тебя никогда не пристроим.