Дневник дылды: FRIENDZONE

Наверное, именно поэтому я чуть ли не заплакала от радости, когда объявили перерыв, но поздно спохватилась, что мне это не поможет. Сидеть – нельзя, каблуки – мешают, дышать – сложно, ноги – устали, еды – не дадут до конца рабочего дня, а от украшений болят уши. Тут отдых не поможет.

– Ты чего такая кислая? – спросил подошедший Женя и сел на лавочку рядом со мной.

В руках у парня был его любимый чёрный рюкзак. Я же, словно статуя, продолжала неподвижно стоять.

– Мне ничего нельзя, – устало вздохнула я и в который раз обвела взглядом сад.

– Это и я тебе не разрешу, – с усмешкой ответил друг и, расстегнув молнию на ноше, вытащил пару моих белых «конверсов». – Танцуй, Золушка. Принц принёс твои туфельки.

– Ты серьёзно?! Можно?! Но ведь скоро фотоссесия начнётся, – с сомнением возразила я.

– Перерыв длится час, а прошло около пяти минут, – объяснил Кувшинов, посмотрев на наручные часы. – И, скажу по секрету, дальше тебе туфли не понадобятся. Кстати, можешь сесть. Теперь целостность платья уже не важна.

Больше меня уговаривать не пришлось. Сразу падаю рядом с блондином и шумно выдыхаю, чувствуя, как заныли ноги. Только хочу избавиться от жмущих «шпилек», как понимаю, что не могу согнуться из-за корсета.

– Женечка, – приторно-сладким голосом начинаю я, но фотограф, кажется, сам всё понял, – помоги, пожалуйста.

Усмехнувшись, парень присел на корточки и, найдя в бесчисленном множестве юбок мою стопу, расстегнул ремешок на щиколотке. Хочется кричать от чувства освобождения от этих «орудий пыток», пока парень завязывает шнурки.

Закончив с обувью, Кувшинов жестами показал повернуться спиной. Послушно выполняю и чувствую, как чужие руки перекидывают вперёд волосы, а затем раздаётся тихий щелчок. Несколько секунд не верю своему счастью, но грудная клетка, вернувшая былой объём, доказывает обратное.

Лента, до этого стягивающая две части платья в тугой чехол, сейчас была заметно ослаблена. Женя развязал корсет, из-за чего я, наконец, смогла глубоко вздохнуть, но поперхнулась и закашлялась.

– Ника, ты как дышала всё это время? – удивился друг.

– Никак. Стилисты не видят в этом необходимости, – прошептала я, а затем с наслаждением откинулась на спинку скамейки. – Тебе за это, – должны поставить памятник. Спасибо!

– Нет, этого маловато для памятника, – усмехнулся фотограф и достал из рюкзака контейнер с лапшой быстрого приготовления, – а вот за это можно.