Семья

Отец был жестоким человеком, Маркус всегда подражал ему, может, поэтому его любили. Я всегда ощущал себя чужим. Не чувствовал близость к этим людям. Мать никогда не разговаривала со мной. Как мы вообще сидели за одним столом? Я не помню, чтобы улыбался. Не встречал людей, которые бы постояли за меня. Меня просто не было. Однажды, я подумал, что, если меня не станет? Ведь ничего не изменится. Ни один человек не заплачет обо мне. Я не понимал, как продолжаю жить с такой ненавистью к людям, а главное к себе. Я просто продолжал существовать.

Я понял, что пора выключить свои чувства и просто стал крысой. Мне нужно было выживать. С этими людьми я провёл много времени и научился продавать наркоту, подставлять своих же людей, воровать, убивать и пытать людей. Этот городок заставил почувствовать жизнь с худшей стороны. Босс учил никогда не испытывать жалости к людям, говорил, что есть два выбора, оставаться на месте зверя, либо сесть на стул для пыток вместо них. Проще говоря – либо убьёшь ты, либо тебя. Я погружался во всё это больше и мне это нравилось.

Единственное, что меня смущало, когда дело доходило до абсолютно невинных. Тогда я просто не смотрел на них, моё лицо было каменным, а внутри извергался вулкан.

В течение двух лет мы с братом полностью отдалились друг от друга. Он занимался исключительно заказами на убийство и из него получился настоящий киллер. Я же в большей степени просто торговал и был исполнителем. За всё это время мы поговорили всего дважды и то, о работе. Время шло и ничего не менялось, пока одним утром мне не завязали глаза и не бросили в грузовик.

Меня привезли в аэропорт и передали абсолютно неизвестным мне людям, вместе со мной и Маркуса. Нас усадили в самолёт и сопровождали четыре человека в форме. В их руках были наши документы, визы, а также бумаги на эмиграцию из страны. По политическим соображениям банда распалась в течение недели и расселилась в разные страны. По прибытию я понял, что оказался в абсолютно другой стране, с другим менталитетом и ценностями – Соединённых Штатах Америки.

В посольстве страны решили поместить нас с братом в детский дом, где мы пробыли около месяца. Нас учили английскому, хотя в картеле мы достаточно хорошо научились разговаривать на нём. Брату исполнилось 18 и ему предоставили комнату в районе для малоимущих, мне же оставалось только ждать. Как ни странно, Маркус оформил опеку надо мной и забрал меня оттуда. Я был удивлён. Ему предоставляли пособие от государства, но работать он не собирался.