Зачем ведьмам рыцари?

Джейн пожала плечами и сократила расстояние между ними до возможного минимума. Она не знала, о чем пойдет разговор, но на всякий случай заготовила пару-тройку язвительных фраз – ее извечное, привычное оружие. Но Ричард повел себя не так, как она ожидала.

– Тебе не стоит сегодня появляться в школе, – прошептал он. – Все они будут обсуждать вчерашнее, и тебе придется несладко.

– Ну и что ты мне предлагаешь? – сухо спросила Джейн.

– Вот это, например, – Стоун извлек из кармана маленький потертый ключик и незаметно сунул в карман ее куртки.

– Нормально, – отозвалась Джейн, испытав сильное облегчение.

Она подумала, что в этом предложении есть рациональное зерно, потому что завтра, вероятно, впечатления вчерашнего дня уже не будут столь свежи.

– Только как я найду то место, где ты живешь? У меня, знаешь ли, навигатор в мозг не вмонтирован.

Ричард молча достал из школьной сумки клочок бумаги и карандаш и нацарапал что-то умеренно разборчивое. Эта самодельная визитка немедленно отправилась в карман Джейн вслед за ключом.

– Надеюсь, у тебя есть при себе бутерброд и интересная книжка, – бросил через плечо Стоун, уже сворачивая на другую улицу. – Не хотелось бы, чтобы ты померла от голода или скуки.

Джейн ответила ему молчаливым кивком и махнула рукой вслед удаляющейся фигуре.

К счастью, тем ранним сентябрьским утром у этого разговора не было свидетелей.

***

Джейн довольно легко отыскала нужный ей дом. Она бесшумно, как мышь, проскользнула через незапертую калитку в сад и, обогнув несколько старых яблонь, обнаружила тот самый флигель, так любезно предоставленный ей на временное пользование.

Собственно, флигель представлял собой всего лишь деревянный сарай для подсобных нужд, внутреннее убранство которого было весьма скромным: трехногий самодельный табурет, старый гамак, повешенный наискосок, да несколько полок со старым хламом непонятного назначения.

Расправившись с сэндвичем и бутылкой холодного чая, она развалилась в гамаке и стала лениво созерцать полосочки голубого неба, которые виднелись сквозь видавшую виды крышу. Книги у нее с собой не было, но и читать почему-то совершенно не хотелось.