Душа демона. Инверсия

 – Это всего лишь конфеты. Вкусные. Попробуй. – И маг сам открыл коробку и протянул ее Леонтайн.

– Я не боюсь, – хмуро произнесла темная. – Просто не понимаю, какой толк в твоих конфетах. Я сегодня ела и сейчас не голодна.

– Сладкое едят не только для утоления голода, – рассмеялся Виктор. – Это довольно приятное занятие, которое поднимает настроение. Хотя, если на чистоту, я не уверен, что одной коробки конфет хватит, чтобы стереть выражение жуткой кислятины с твоего лица.

– Что-то мне подсказывает, что своими конфетами ты хочешь купить мое расположение? – В иной ситуации эта фраза могла бы прозвучать из уст Леонтайн завлекающе-кокетливо.

– Зря, – чуть расстроено сказал маг. – Похоже, я был прав, ты невыносимая язва и неисправимая гордячка.

– Я реалистка, – спокойно возразила демоница. – У всего есть своя цена. А когда кто-то говорит, что его поступок бескорыстен, это лишь означает, что цена в перспективе будет непомерно велика.

– «Ты мне, я тебе» – так для тебя выглядят любые взаимоотношения? – Виктор вдруг стал серьезен и пристально посмотрел в лицо Леонтайн.

– А разве может быть по-другому? – Демоница думала, что сейчас он начнет переубеждать ее, доказывать существование человеческого альтруизма и бескорыстия. Но вместо этого своими действиями маг лишь подтвердил ее правоту. Подошел ближе, обвил рукой тонкую женскую талию, прижал к себе и осторожно поцеловал.

А вот и крушение людской безвозмездности…

Леонтайн отстранилась и холодно взглянула на мужчину:

– Ты помог мне, и я благодарна. Но даже за спасение своей жизни я не расплачиваюсь своим телом.

Услышав резкие слова высшей, Виктор сделал шаг назад. Его лицо в этот момент окаменело. И Леонтайн показалось, что на секунду в глазах мага промелькнула ярость.

– Я прошу прощения, если обидел тебя, – он быстро взял себя в руки, пытаясь скрыть уязвленное самолюбие.

– Рада, что мы поняли друг друга, – равнодушно произнесла Леонтайн и демонстративно отвернулась от мужчины.

После такого неприятного откровения маг не стал задерживаться в комнате и сразу же ушел. А высшая серьезно задумалась над произошедшим.

Вроде ничего опасного и, в общем-то, неожиданного в действиях Виктора не было.