Право на месть

И не прошло и пары минут, как стоп-кран, или сила воли, удерживающая в рамках приличий, сорвался.

Камила не отводила от меня глаз и смотрела так заворожено, что я еле удержался, чтоб не пощупать голову – не свалился ли по ошибке на меня чей–то нимб. Но стало не до того. Девчонка вдруг потянулась губами к моей руке, которой я держал ватку, и обожгла поцелуем запястье.

Сумасшедший разряд, подобный разряду электричества, ударил по нервным окончаниям. Я сглотнул комок, словно опилками забивший горло и хрипло спросил.

– Ты что делаешь?

– Простите! Я … я не знаю, как вас благодарить, – смущенно зардевшись, ответила она, словно оплетая жарким взглядом каждый мой нерв. И в этом взгляде отчетливо читалось разрешение на дальнейшие действия.

В мозгах заискрило, вспыхнуло, взорвалось и погасло. Разумная часть меня в ауте. Я схватил ее за талию и рывком поставил на ноги. Обхватив ладонями растерянное личико, еще раз, чтобы удостовериться в том, что правильно все понимаю, выдавил вопрос:

– Ты уверена?

Воздух вокруг словно раскалился, наполняя тела мучительно – острым желанием.

И непонятно было, какая нота доминировала в этом желании: запретность, порочность, звериная жажда или кружащая голову вседозволенность.

– Вы потрясающий, – жарким призывом слетело с ее пересохших губ. Этот непрямой ответ еще больше распалил вожделение, уничтожая все условности. В паху уже все затвердело, до такой степени хотелось схватить эту малышку, смять ее, как лепестки розы, чтоб насладиться их ароматом, выпить ее до дна.

И добивая остатки моего самообладания, она положила руки мне на грудь. Черт!!! Она была такая манкая, чувственная, сладкая, что сдержаться не было никаких сил.

Не помня себя, подхватил ее под попу, а она, будто уже не раз была со мной, уверенно закинула свои длинные ноги мне на талию и теснее прижалась к уже до боли закаменевшему члену. Почти бросив на кровать, навис над ней, сдерживая рваное дыхание. Я до такой степени был возбужден, что пальцы едва справились с пуговицами на ее джинсах.

Рывком стащив их, замер, усмиряя бешеный грохот сердца, как голодный тигр, прежде чем наброситься на добычу и окончательно растерзать ее.

Словно растягивая мучительное удовольствие, поверх футболки провел ладонью от шеи до лобка, огладив голые бедра, и только потом вклинил свое колено между ними. Все еще медля, я доводил себя до крайней точки возбуждения, оттягивая сладкий момент.