Тот самый шаг

Роза неожиданно затевала ремонты и перестановки в квартире (конечно же не согласовывая с Касей!), выливала в туалет с трудом приготовленный ужин, чтобы тут же начать готовить его самой, но уже «правильно», делала замечания относительно ведения хозяйства и устройства быта, внешности и манеры поведения девушки: «Ах, милая! Если Ви таки так вытираете пыль, то как же ви бы ее разводили?»; «Солнышко, суп стоило таки сварить, а не испечь. И не заставляйте мальчика Вам врать относительно вкуса этого блюда– пусть даже не пробует.

И, таки, и не согрешит и останется жив! Мир не должен потерять еще одного гения! Чайковский умер, Гайдн умер, у меня вот тоже что-то сегодня голова побаливает… Марк нужен нам живым и здоровым!»; « Ой, моя милая! Ви так поправились! Но таки Вам очень идет! Особенно в этом платье– в том году оно сидело на Вас хуже!» коверкая в истинно– одесской манере русские слова, жизнерадостно щебетала Роза. К слову сказать, Марк категорически отказывался участвовать в «бабских склоках». Он твердо держал нейтралитет, в меру своих сил пытаясь примирить враждующие стороны, что категорически не устраивало уже Касю. Та была уверена, что мужчина обязан всегда и во всем поддерживать свою женщину. Вообще-то, Роза тоже имела по этому поводу свою точку зрения. Она была уверена, что «таки жен у мужчины может быть сколько угодно и даже одновременно! А мать у тебя одна!». К счастью, ее попытки достучаться до сына также были безрезультатны. Неизвестно, чем заканчивались жалобы Розы на невестку (такие разговоры между матерью и сыном всегда происходили либо в отсутствии Каси, либо при демонстративно закрываемых дверях). Но вот любые попытки пожаловаться Марку на его не в меру заботливую родительницу приводили к ссорам и скандалам, виновата в которых опять же оказывалась Кася. При этом, молодой человек пытался уверить Касю, что Роза искренне ее любит и просто пытается помочь девушке, заботится о ней, как о родной. Ну да, допустим, в своем непередаваемом стиле и в меру своей эксцентричности. Касе приходилось снова извиняться и, скрипя зубами, терпеть дальнейшие унижения. И, надо сказать, Роза была как никогда близка к цели– Касино терпение было на исходе и мечты мамы о знакомстве Марка с весьма перспективной Сарочкой, дочерью уважаемых и достойных банкира (папы) и врача– гениколога (мамы), обещало состояться буквально со дня на день. Но тут, весьма не вовремя, мальчик уехал в очередное турне, предоставив таким образом девушке временную передышку в общении с его мамой.