Черное эхо: «Эдем»

Особо заморачиваться с архитектурными изысками «FRC» предсказуемо не стал, ограничившись строгими линиями и пропорциями в стиле классицизма с вкраплениями хайтека: много металла, стекла, современных технологий.

Хотелось бы мне увидеть комплекс ночью с высоты птичьего полета. Наверняка, зрелище впечатляющее: высокотехнологичный островок в океане буйствующих джунглей.

– Температурные условия тут, конечно, жестковаты, – продолжал Диксон беззаботно, словно не ощущал ни тени сомнения в том, что его рассказ жутко интересен единственной слушательнице.

– Наверное, в вашей службе есть что-то такое, что компенсирует все эти неприятности?

– Для меня это как отпуск, – Диксон ухмыльнулся. – Отдых от людей, за который еще и неплохо платят.

Рената с отстраненным видом кивнула, погруженная в свои мысли. Справедливость утверждения про жару она уже признала: после привычного европейского климата в Конго было попросту неуютно.

Диксон, кажется, чувствовал себя вполне комфортно. Он бодро вышагивал рядом с Ренатой, словно не замечая тяжести багажа и жары. Под ногами хрустел гравий, разлетаясь мелкими камешками.

Отдых от людей… звучит неплохо.

По предъявленному ей списку, в «Эдеме» работали тридцать семь человек – персонал лаборатории, сотрудники службы безопасности, врач с медсестрой, кухонные и подсобные рабочие.

– Разрешите вопрос? – напомнил о себе неугомонный Диксон. Рената глянула на него:

– Пожалуйста.

– Что привело вас в науку?

– А что страшного или противоестественного в том, что я посвятила себя науке?

– Ничего. Но с такой внешностью вы могли бы стать супермоделью или актрисой.

Рената прищурилась, изучая его лицо насмешливым взглядом. В словах Диксона явно слышался подтекст.

– Вы тоже, – не удержалась она от шпильки, превосходно копируя интонацию. Диксон расхохотался, оценив ответ по достоинству:

– Я думал, дочь Стефано Кордиале окажется занудной брюзгой, и как же приятно ошибиться!

– А безопасники все такие разговорчивые?

– Я вам надоел? – осведомился он вполголоса, с неподражаемой кривой усмешкой. – Прошу меня простить, начинаю забывать, как вести себя с такими чертовски привлекательными девушками.