Седьмая девочка на седьмой веточке

Скоро получишь шанс все в жизни изменить, не бойся, два ангела-хранителя у тебя на руке, они и помогут. Я все тебе рассказала, что вижу, а как быть решай сама. Расплатишься так же, как и подруга твоя, сейчас ничего с тебя не возьму. Хотя, за тебя уже всё решили…

Медленно встав, Нина посмотрела на подругу, которая промолчала рекордные для нее тридцать минут. Татьяна поднялась вслед за ней и, как будто стряхнув оцепенение, пошла в сени. Молча одевшись, подруги вышли на улицу, где моросил мелкий дождь. Встав около ворот, они никак не могли начать разговор.

У каждой из них внутри происходили какие-то непонятные движения, шли внутренние диалоги. Казалось, так они простояли целую вечность, пока Нина первой не потянула подругу к машине.

Глава 4

Оказавшись в холодной машине, они впервые посмотрели друг на друга.

– Тань, слушай, у меня ощущение, что я не к гадалке сходила, а вагоны разгружала, причем весь день. – Нина зябко поежилась.

Не отвечая подруге, Таня перегнулась через сиденье, и в руках у нее оказался термос и два пластиковых стаканчика.

– Давай горячего глотнем. Я чего-то тоже никак отойти не могу. – Татьяна наливала чай, стараясь унять внутреннюю дрожь. «Какие две жизни? Какая из меня балерина или дрессировщица? Дернул меня черт за язык, захотелось, видите ли, судьбу узнать. Дура! Услышала сто загадок, да все без отгадок. Чего я не знала? Что не на своём месте сижу, что не свою жизнь проживаю, что любить себе не разрешаю, потому что боюсь, что опять все повторится! Все ты, милая моя, знала, просто вот так в лоб слышать этого не хотела, и нечего на правду злиться» – горячий чай понемногу начал приводить Нину в чувства.

– Тань, подкинь меня до дома. Честно слово, сил нет на автобус идти.

– Могла бы и не говорить, само собой, подвезу, – машина заурчала и медленно тронулась с места. Краем глаза Татьяна увидела, что цыганка, все это время наблюдавшая за ними из-за шторки, отошла от окна.

Всю дорогу в машине висело молчание, каждая думала о своем. Не хотелось залезать в душу друг к другу, да и пускать в свою тоже.

Уже подъезжая к дому, Нина вдруг подумала, что ей ужасно жаль Татьяну, которая услышала такие очевидные для других и незаметные ей самой вещи о том, что муж ее не любит, а только пользуется всем готовым.

– Спасибо, Танюш, что подвезла. Зайдешь?

– Нет, что-то голова разболелась, домой поеду. Завтра созвонимся, хорошо? – то ли Нине показалось, то ли правда, но Татьяна старалась не смотреть на подругу.