Вишневая дверь

Обычно ее не заботила разница в возрасте; в музыкальной студии у Аллы Николаевны было много разных учеников. И Дана не стеснялась иногда спрашивать Димыча или Алену, а они учились в универе и музыкой занимались так, для себя. Даже иногда нахально отвечала Ринату, когда тот решал потренировать ее. Но сейчас, среди почти ровесников она оробела.

– Слушай, – Стас не выдержал и обернулся, – а что у тебя с лицом?

«Мог бы ты этого не спрашивать?» – обреченно подумала Дана. Все испортил. Сразу же захотелось спрятаться в темный угол, чтоб не нашли.

Она вздохнула и ответила:

– Веснушки.

– Это заразно? – не унимался он. Четверо парней придержали шаг и всмотрелись в ее лицо. Дане хотелось провалиться сквозь землю. Опять. Мама рассказывала, что раньше много людей было с веснушками, а сейчас почему-то это редкость, как и разной яркости глаза. Объяснять все это не хотелось (потому что все равно никто не верил), и она уже была готова сказать дежурную гадость, что заразно – отсутствие мозгов, но не успела.

– Неа, – опередил ее Страгин, – не заразные. Я что-то помню, это типа аллергии на Солнце, да? Только у тебя их много! – Он тоже подозрительно на нее посмотрел.

– Да, типа аллергии на Солнце. Или типа аллергии на идиотов, – резко добавила Дана.

Страгин поднял руки, мол сдаюсь-сдаюсь.

– Андрюха, ты б аккуратнее… Она суровая, – хмыкнул Стас, – знаешь, как Вадима в музыкалке опустили?

Дана и Морковин одновременно потемнели лицом.

– Заткнись, – шикнул на него Морковин.

– Подготовительный класс! – пропели два его друга и заржали.

Непонимающему Страгину тут же поведали комичную, с их точки зрения, историю на «истеричном прослушивании» и тот тоже отпустил пару беззлобных шуток, пока Вадим не толкнул его в плечо.

Дана теперь понимала неприязненный взгляд Морковина: оказывается, преподаватель еще и после прошелся по исполнению несчастного парня.

Они подошли к перекрестку и остановились: Стасу и Ване надо было сворачивать. Дальше они двинулись втроем. Тут Страгин взялся за нее всерьез.

Выглядел разговор сущим допросом (или словесной перестрелкой), а Морковин – случайным мирным жителем. Так что он умолк и не прерывал, не в силах повлиять на гиперактивного друга. И чем дальше, тем больше Дана думала: «Как они вообще дружат?»

Началось все невинно: они прошли немного молча (всего-то шага два), и Страгин спросил, откуда она приехала. «Иркутск» – коротко сказала она.

– Круто! – заявил он, – на Байкале была?

Дана кивнула.