Вишневая дверь

аев, очевидно, в письме своей девушке. Посмотрите, какой прекрасный образ! Он сравнивает ее волосы с угасающим светом. Очевидно, он имел в виду… – что, кстати, он имел в виду? Солнце заходит, что в нем яркого? Андрей задумался, но потом продолжил строчить:

...тонкую аллюзию на огонь и солнце, которые ярки, как и любовь.

Или вот, например «Пусть пёс и предан тебе всей своей собачьей жизнью, но он не различает цветов радуги». Тут суть ясна – собачья верность проста и незатейлива, и собаке незачем…»

«Когда есть идея, пусть даже бредовая – написать сочинение просто», – подумал он, отдавая удивленной классной тетрадь спустя час.

Угрызения совести его не мучили: он выполнил задание, и не его вина в том, что кто-то напортачил с обложкой.

03 Пугать голубей

Вадим нервно дергал молнию на сумке. Первое занятие после каникул пугало: Дмитрий Петрович проводил его в концертном зале, собирал всех своих учеников с одного класса, и по очереди вызывал к инструменту. И говорил что-то вроде: «Покажите, чего вы добились за лето».

Звучало это как: «Давайте, облажайтесь перед всеми».

Когда они, только поступив в музыкалку, пришли на первое занятие у Дмитрия Петровича Верещагина, он точно так же провел их в зал, сел за фортепиано и сыграл сам. А потом повернулся к оторопевшим детям и сказал: «Попробуйте повторить». Кажется, играл он какой-то из этюдов Шопена. Увидев, что ученики испугались, он мягче добавил: «вы можете сыграть другое. Например, что вы играли на экзамене?»

И просто наблюдал, как они нервничали и по очереди тупили, садясь за инструмент.

Он ничего резкого не говорил, лишь внимательно смотрел, как они паниковали.

Он считался лучшим учителем, его студенты сдавали на «отлично», участвовали в конкурсах. На занятиях он бесконечно спокойно объяснял, повторял, показывал… Но в самом начале года он отводил душу – по-другому не скажешь – на своих учениках. Будто наслаждался напуганными детишками или авансом раздавал весь негатив, который мог бы раздать на занятиях.

Будто говорил: вот он я, добренький, но я могу и драконом быть, не доводите до огня! Отчетный концерт пугал меньше сентябрьского прослушивания у Верещагина, потому что в отчетном концерте был смысл, а это занятие было просто ежегодным террором.

Вадим огляделся: нервничали все. Стас ткнул его в бок и прошептал:

– Знал бы, что будет такая фигня, никогда бы не спорил с Симкой.

Симка, его сестра училась в музыкальной школе на класс старше, но на аккордеоне.