Сломанный лёд – 4

Выдохнув с облегчением, Ксения подумала, что не перенесла бы продолжения ночного кошмара, который осел у неё внутри тяжёлым ускользающим воспоминанием в виде покупки козы. Потому что если Ольга что-то задумывала, то со временем эта идея, пусть даже самая дикая, приобретала крайне реальные грани и воплощалась в жизнь.

– Я уже испугалась и подумала, что мы из овощеводов, бодрым шагом идём в животноводство. – съязвила Ксения, у которой было отвратительное настроение и очень хотелось побыть в одиночестве, но она прекрасно понимала, что сейчас, тем более после такой побудки, дамы, проживающие с ней, ни за что её не оставят.

Она мельком глянула в зеркало на помятое, бледное лицо, покопалась в мыслях, пытаясь вспомнить есть ли у неё планы на сегодня, и развела руками:

– Ну, мне при вас переодеваться?

– Ты точно нормально? – как-то подозрительно спросила Катя.

Ольга Петровна и Екатерина боялись оставлять Ксению одну: после того, как та пережила арест мужа и чуть не лишилась ребёнка, она довольно долго карабкалась из болота депрессии, а когда поняла, что в любом медицинском учреждении ей отказывают в работе, то просто перестала вставать по утрам, и даже когда её вытаскивали из кровати, долго бродила по дому косматая, в мятой рубашке, стояла возле окон или, накидывая пальто, уходила в дальний угол сада.

– Да. – несколько раздражённо ответила женщина.

– У меня хорошие новости. – осторожно сказала Катя. – Знакомая вроде как ещё работу подкинет, так что наш бюджет увеличится.

– Отлично! – рявкнула Ксения. – Теперь я могу испытывать чуть меньше чувства вины за то, что сижу на вашей шее.

– Ксюша, зачем-таки вы так выкручиваете свои нервы? – воспроизведя фразу одного из своих персонажей, сказала бывшая актриса.

– Да хватит уже. – вспылила Ксения и, схватив халат, полетела в ванную комнату, чтобы никто не видел слёзного потока, предательски перекрывшего горло и грозившего обрушиться в любую секунду.

Забившись в душевую кабинку, Ксения до боли закусила кулак и так и стояла, пытаясь унять бушующую внутри истерику.