Ключи к Тайнику

– Так, понятно, – пробурчал Юра, – у криминалистов всё штатно.

Мужчина открыл дверь к Мамыкину и остановился на пороге.

– Можно? – спросил он смотря, как Медикамент рассматривает что-то на плече у жертвы.

– Заходи.

– Рубцовая ткань на предплечье и на боку, – задумчиво протянул судмедэксперт, – не могу пока понять в чём дело. Ну и клеймо это на лбу, – мужчина устало прикрыл глаза, – и ещё какая-то неестественная бледность.

– Не, ну так-то она вряд ли бы румяная сейчас была бы, – неудачно пошутил Береговой.

– Похохми ещё мне. – Медикамент натянул на тело простынь и, кивнув, попросил Берегового открыть дверь в холодильник.

– Там Софья ужинать звала.

– Сейчас переоденусь и приду. Закрой дверь, пожалуйста. – проговорил медик.

Береговой попытался прикрыть дверь, но не смог до конца захлопнуть створку и снова ненадолго вытянул каталку с телом, так как возле дальней стенки упал ящик и теперь мешал проезду.

– Юра, давай быстрее, – крикнул Медикамент и выключил свет, – я ультрафиолет сейчас включу.

Береговой запихнул обратно тележку, быстро поправил съехавшую простынь, глянул на зелёный блик, упавший на синеватую кожу тела, передёрнул плечами и быстро захлопнул дверь.

***

Малинин вышел от Касаткина в некотором недоумении и сейчас не совсем понимал, зачем его вообще дёрнули с места, потому что всё то, что сказал ему начальник, вполне уместилось бы в обычный телефонный разговор. Зато ему удалось увидеться с обескураженной Унге, которая пыталась взять всю вину из-за пропажи сестры Дениса на себя.

– Собственно, ты даже доехать не успела. – вяло пожал плечами Малинин.

– Значит, нужно было быстрее. Мы опросили соседей, все слышали шум, но никто не вышел. Даже никто полицию не вызвал. – девушка качала головой и собирала для Малинина копии протоколов. – Я думала, что отец Дениса меня закопает. Я и не знала, что академики умеют так ругаться. – Унге пожала плечами. – Потом ему вроде бы позвонил Денис, и после разговора мужчина хоть как-то пришёл в себя.

– А, понятно. – теперь Малинин понял, что произошло, и почему Касаткин не употребил на завтрак внутренние органы Егора, как обещал.

Скорее всего, Денис доходчиво объяснил отцу, что, кроме Малинина и его команды, вряд ли кому-либо удастся в короткий срок вникнуть в суть дела. А если Егора сейчас бесконечно дёргать на ковёр и отчитывать за выдуманные провинности, то дело с мёртвой точки не сдвинется.

– Унге, я поехал. Ты, как закончишь, сразу в Карельск.