Ключи к Тайнику

Поняла?

– Да, Егор Николаевич, не волнуйтесь.

Малинин вышел на воздух и увидел, как возле входа паркуется полицейский УАЗ.

– Мужчины, спасибо. – Медикамент выбрался наружу, помог выйти Варе и, подхватив сумки, пошёл навстречу Малинину. – Егор, много интересного с собой привёз.

– Пожрать? – Малинин покосился на сумки.

– Нет, я в плане информации. – усмехнулся Денис. – Погоди, сестра звонит. – доставая телефон, он продолжил. – Хорошо, что я на осмотр остался, такое началось. – он передал Малинину пакеты и ответил.

 – Да, как у вас дела? Сейчас спрошу. – Медикамент повернулся к Малинину. – Егор, а когда Унге приедет к ним?

Малинин несколько секунд молча созерцал лицо Дениса, потом начал мрачнеть, как тучи, сгущающиеся на горизонте, пакеты выпали у него из рук, по ступенькам покатились продукты, а Егор в панике набирал номера, что-то кричал в трубку Стеф, а Денис при этом слушал, как на другом конце провода в квартире его сестры бьётся посуда, плачут дети и слышится грохот. Скоро стихия эмоций утонула в громовом раскате, к порогу подъехала машина Стефани, в поликлинике мигнул и погас свет, пространство погрузилось во тьму.

Глава 3

Ветер к утру стал усиливаться, тонкое оконное стекло дребезжало от порывов в рассохшейся деревянной раме, издавало противный скрипящий звук и казалось вот-вот послышится звон разбитого окна. Малинин сидел за столом, смотрел перед собой пустым взглядом и изредка вскидывал голову, когда кто-нибудь окликал его по имени:

– Егор! – услышал он окрик сквозь тяжёлую завесу мыслей.

– Что? – Малинин посмотрел на Лашникова.

– Телефон у тебя надрывается. – Игорь кивнул на аппарат, лежавший на столе.

– Слушаю. – глухо проговорил Егор, увидев незнакомый номер.

– Егор, это Касаткин. – отрывисто сказал начальник.

– Номер не узнал, не сразу понял. Рано так.

– А мне, знаешь ли, не спится! – рявкнул Касаткин. – Номер он не узнал! Меня из постели выдернули, так что я только портки успел натянуть, не то чтобы телефон найти.

Мне, Егор, когда в четыре утра звонят из полпредства, а потом два часа возят мордой, проходясь по всем моим регалиям и достоинствам в крайне уничижительной форме, я потом вообще спать перестаю. Чтобы сегодня был у меня, – Касаткин задумался, – в четыре дня.

– Я не могу…

– Малинин, – Касаткин, не стесняясь в выражениях, расписал Егору, что с ним будет, если тот не приедет на доклад, – забудь правила своей волшебной страны, где ты живёшь в последнее время.