О верности крыс. Роман в портретах

Кошка от неожиданности дёрнулась, беззвучно хмыкнула, встала. Сказала «Доброй ночи, Призрак» как можно мягче.

Нхарий замер и медленно повернулся. Кошка вежливо поклонилась.

– И тебе доброй, – согласился наёмник, помедлив. Кошка с удовольствием отметила его досаду: проморгал.

– Могу я попросить о разговоре? – продолжила она.

Нхарий с сомнением огляделся.

– В этой выгребной яме?..

– Или в любой другой, – легко сменила тон Кошка. Нхарий задумчиво тронул недостающие пальцы, быстро глянул на дверь, скользнул взглядом по терпеливой Кошке и шагнул обратно.

Кошка могла бы поручиться, что наёмник прикидывает, где искать новый схрон, и досадует и на себя, и на кхади. На себя в большей степени. Он небрежно открыл дверь и придержал, пропуская девчонку.

Внутри оказалось почти пусто. Толстые стены (голый камень), камин. Лежанка с несколькими пышными шкурами, стол без чернильницы, но с воском для печатей. Полки со свёртками, в которых под промасленной бумагой угадывалось оружие. Второй выход был скрыт, но явно был, потому что камин ещё тлел, а подвозить дрова через треугольный пустырь никак невозможно.

– Поджидала меня? – спросил Нхарий, зажигая лампу на столе. – Прикрой дверь.

– С заката, – сказала Кошка, прикрывая. Наёмник остро глянул на неё, усмехнулся.

– Не иначе, влюбилась: столько высидеть в этом болоте!

– Я то и дело в кого-то влюбляюсь, – обезоруживающе улыбнулась Кошка. – Жаль, от дел это не освобождает.

Нхарий присел на край стола, всем видом показывая живой интерес к упомянутым делам.

Кошка осталась у дверей, но как-то сумела принять вид непринуждённый и даже кокетливый. Может, дело было в кошачьем изяществе позы, а может – в расстёгнутой куртке, живописно сползшей с одного плеча.

– Кхад могла бы предложить тебе задание. Разумеется, ты можешь отказаться, если теперь ты отдаёшь предпочтение заданиям лорда тэрко…

Нхарий прервал её:

– В каком смысле – предпочтение?

Кошка с очень качественной небрежностью пожала плечиком.

– Последние четыре раза ты работал на ол Баррейю.

Нхарий шевельнул губами, потом сказал с некоторым раздражением:

– Я пока ещё наёмник, а не коричневый. Что у тебя за дело?

Кошка мысленно поздравила себя.

– Съездить в Нюрио и забрать оттуда некоторые бумаги. За пять золотых, не считая дорожных расходов.

– Какие бумаги?

– Ты возьмёшься?

– Между вами и тэрко я лезть не стану. Какие бумаги?

Кошка мысленно поздравила себя ещё раз.

– Об имянаречении герцогов ол Нюрио.